Виктор Васнецов. "Витязь на распутье". 1882

Виктор Васнецов. "Витязь на распутье". 1882

Рынок литературы, посвященной современной российской политике, состоит из нескольких сегментов. Лишь не особо внимательному наблюдателю может показаться, будто все покупатели книг хотят разобраться в том, что есть что и who is who. На самом деле разные читатели желают погрузиться в совершенно разного рода литературу и, по всей видимости, огорчаются, получив не то, на что рассчитывали.

Самым большим спросом сегодня пользуется мифологизация реальности. Сложившееся в России положение дел нас угнетает, а потому читателю психологически комфортно получить книгу, которая лишь внешне выглядит аналитической, но на самом деле подвергает исследованию картину, существенно отличающуюся от реальной. Варианты искажения реальности в такой литературе крайне многочисленны: от анализа мира, где множество злобных врагов России ополчилось на героически сопротивляющегося им Владимира Путина, до ментального конструирования не существующего на самом деле общества, которое якобы ненавидит Кремль и готово вот-вот перейти к сокрушающей режим революции.

Второй сегмент рынка политической литературы — конспирология. На первый взгляд — это почти то же самое, что мифологизация, однако на деле — нечто совершенно ей противоположное. В конспирологических книгах мы обнаруживаем картину более или менее реального мира, но вот механизмы, с помощью которых он управляются, целиком выдуманы конспирологами. В этой литературе нет ни классовой борьбы, ни борьбы разных групп с разными интересами, которую можно отслеживать по реальным действиям политических акторов, но есть сложная система тайных заговоров. А когда конспирологов спрашивают о доказательствах, с помощью которых можно проверить их построения, они, усмехаясь, отвечают, что заговоры-то тайные… Множество читателей этим ответом вполне удовлетворяется.

Третий сегмент рынка — литература о том, как нам обустроить Россию. Книги подобного рода вполне можно назвать научными — в отличие от книг первых двух сегментов, — но они не столько исследуют реалии, сколько, «отталкиваясь от них», переходят к анализу верной политики будущего. Социалисты анализируют, как правильно все взять и поделить (какие еще ввести налоги, что запретить, кого обеспечить благами за счет государства…). Либералы рассуждают, что мы станем хорошо развиваться, лишь когда отменим налоги, запреты и социальное обеспечение. А националисты обсуждают, как отделить «нужных» мигрантов от «ненужных», сохранить правильные скрепы и устранить чужеродные влияния.

Но существует, естественно, и тот сегмент рынка, где предъявляется запрос на аналитическую литературу как таковую. Читатели хотят приобрести книгу, в которой говорится о том, как устроена на самом деле современная российская политика и почему мы дошли до жизни такой.

Понятно, что в нынешней ситуации аналитические книги не обладают «психотерапевтическим эффектом». Реальность у нас грустная, поэтому и книги невеселые. Психологически комфортнее не следить за сложной реальностью, а делить мир на «своих» и «чужих», отслеживать увлекательные закулисные интриги или строить планы на светлое будущее. Впрочем, помимо тяги к психологическому комфорту, мы обладаем все же и тягой к знаниям, а потому немало читателей, скрепя сердце, берется за книги этого четвертого сегмента. Духоподъемными их, конечно, не назовешь, но умными и честными назвать можно.

Свежей интересной новинкой здесь является исследование Владимира Гельмана «Авторитарная Россия. Бегство от свободы или почему у нас не приживается демократия» (недавно мы публиковали отрывок из этой работы).