![Министр иностранных дел Германии Анналена Бербок, министр иностранных дел Франции Стефан Сежурн и министр иностранных дел Польши Радослав Сикорский во время совместной прогулки по парку в Веймаре, 22 мая 2024 года](/images/uploads/780/34a384194a5a558f4b8f9fb2df474c9c.jpeg)
Министр иностранных дел Германии Анналена Бербок, министр иностранных дел Франции Стефан Сежурн и министр иностранных дел Польши Радослав Сикорский во время совместной прогулки по парку в Веймаре, 22 мая 2024 года
Kira Hofmann/Photothek Media Lab/Global Look Press
Об этом мало говорят, но что же все-таки провозгласил на днях «Веймарский треугольник», который газета Guardian назвала «новым локомотивом» ЕС? В прошлую среду министры иностранных дел трех стран, входящих в «треугольник», — Польши, Франции и Германии, — согласились с тем, что Евросоюз должен стать «настоящим геополитическим игроком». Тем, что Франция называла когда-то «мощной Европой».
Радослав Сикорский, глава польской дипломатии, уже использовал в Сейме выражение «геополитическое образование» для описания ЕС. Мы были очень к этому близки, но теперь образование стало актором, а ЕС — политическим союзом. Конечно, все еще только предстоит сделать, но поворотный момент настал. Существуют весомые причины для сплочения Германии и Польши вокруг целей и задач, которые так долго оставались исключительно французскими.
Во-первых, Кремлю, несомненно, потребуется несколько лет, чтобы отказаться от желания вернуть России имперские границы и тем самым навязать свое политическое господство всей Европе.
Вторая причина заключается в том, что нестабильность на Ближнем Востоке сохранится надолго, и ее последствия не обойдут стороной и 27 стран-членов ЕС.
Что касается третьей причины, то две ведущие европейские державы и самое богатое из новых государств-членов, Восток и Запад ЕС, объединили свои усилия для утверждения ЕС в качестве политической силы, поскольку европейцы больше не могут рассчитывать на США в обеспечении своей обороны.
Американские налогоплательщики и депутаты считают, что Европа более не нуждается в восстановлении или даже воссоединении, и следовательно может финансировать свою безопасность без какой-либо дополнительной помощи с их стороны. Это, конечно не лишено смысла — так что, в стиле Трампа или демократов, жестко или вежливо, но США отворачиваются от Европы, чтобы увереннее противостоять Китаю, который беспокоит их гораздо больше, чем Владимир Путин и его имперская ностальгия.