![Андрей Зубов](/images/uploads/780/48627175f0310d90a22b96207e8f015e.jpeg)
Андрей Зубов
Фото: Horsinka Adolf/CTK
12 июня в России все еще воспринимается как праздник и выходной день. Но в то же время дата, называемая «День России» — это хороший повод поговорить о роли Российской Федерации в текущем мировом политическом процессе, разобраться, что в России предопределено ее историей и культурой, а что было искусственно привнесено путинским правлением, а также обсудить, каковы перспективы нынешнего политического режима и как его преодолеть. Своими соображениями на этот счет в интервью Republic поделился доктор исторических наук, профессор университета Томаша Масарика в Брно Андрей Зубов.
— Как бы вы описали состояние мировой политики на данный период? И какую роль в нем играет Россия?
— Происходящее в мире очень волнительно. Безусловно, всю мировую политическую систему расшатала Россия. Именно она отказалась от принятых после Второй Мировой войны системы международных отношений. Другие страны не решались это делать. Даже Китай после Дэна Сяопина пытался вписаться, пусть корыстно, в мировую систему, а не обрушивать её.
А вот Путин решил продолжать практику Советского Союза: он отказался следовать тем принципам, которым следовали западные страны после Второй Мировой войны, создавая систему реальной коллективной безопасности — ООН и НАТО. Советский Союз постоянно стремился к расширению своей зоны влияния, умножал поле своей агрессии. Это сначала выразилось в берлинском кризисе в 1948–49 годах. Затем последовала Корейская война в 1950–53 годах. 17 июня 1953 года восстали против коммунистической деспотии немцы ГДР. Восстание это подавили в крови. Через несколько лет новое восстание вспыхнуло в Польше в июне 1956 года в Познани. Опять десятки убитых, сотни раненых. Но чудом обошлось без вмешательства Советской армии. Хрущев и Гомулка смогли в последний момент договориться. В том же году, в октябре-ноябре, произошло венгерское восстание в 1956 году, его подавили с большой жестокостью. Тут жертвы исчислялись многими тысячами убитых, в том числе и советских солдат, и сотнями казненных коммунистами людей.
Наконец произошел Карибский кризис в 1962 году — он был полностью вызван действиями советской власти, которая неожиданно разместила на Кубе свои ядерные боеголовки.
Советский Союз всегда играл не по правилам. Он пытался напугать демократический мир и отжать у него как можно больше стран.
При Брежневе СССР пытался завладеть бывшими португальскими колониями в Африке — баснословно богатой Анголой, Мозамбиком, Гвинеей (Биссау), Эфиопией, Йеменом, Сомали, Никарагуа. Не говоря уже об Афганистане, где, в результате советского вторжения 1979–88 годов погибло более миллиона афганцев, и около трех миллионов стали беженцами. 14 600 погибших советских граждан выглядят кровавой каплей в этом океане страданий.
Во время перестройки Горбачев впервые отказался от этой политики. Когда СССР распался, какое-то время было не до внешнеполитических авантюр. Но уже в начале 2000-х годов я услышал в среде кремлевской элиты те же самые призывы, что и в советскую эпоху: надо учредить Россию как великую страну и мировую державу, воссоздать военные заморские базы, разместить там гарнизоны. Тогда это были еще голоса не с высоких трибун, а пересуды между собой. Но уже началось движение мысли в эту сторону.
Так что мы говорим пока не о мировом порядке, а о том, что большевистское государство, которое возникло в 1917 году и сразу занялось захватническими войнами, возродилось в 2000-х. На этот же путь оно толкнуло и другие государства, например, Китай. Других поддержало, например, Иран или ХАМАС. Сегодня Россия пытается учредиться как очень мощная сила. Намного более мощная, чем просто страна, аннексировавшая Крым или Донбасс. Получится это или нет, я не знаю. Но думаю, что не получится.
И результатом будет ликвидация. Но не России как таковой, о чем сейчас некоторые горячие головы говорят, а ликвидация структуры, которая раньше называлась КГБ и прикрывалась коммунистической идеологией. А на самом деле имела только одну идеологию — максимальный захват, расширение и подчинение, порабощение и собственного народа СССР и всех, до кого дотянется их рука. Вот именно эта структура, возникшая в 1917–18-х годах, до сих пор правит Россией. Ее устранение было бы благом и для России, и для всего мира.
Потому что сегодня Россия для мировой политической системы играет роль бандита в поселке. Когда такой бандит появляется, то все жители объединяются и вооружаются против него. Хотя, конечно, находятся и те, кто пытаются договориться с ним. В любом случае все это — не нормально.
Нормальным было то, когда рухнула коммунистическая диктатура, и в результате этого Россия перестала быть опасной. А мир действительно расслабился и стал жить по-человечески, без пистолета под подушкой, хорошо и богато. А теперь миру, в частности, странам Западной Европы, пришлось снова напрягать свои силы, увеличивая траты на оборону и сокращая социальные расходы. Я живу в Чехии и вижу это наглядно. Большевистско-чекистский режим решил снова стать триггером и испортить жизнь всему миру.
— С вашей точки зрения растущее противостояние России и Запада — это только до тех пор, пока есть путинский режим? Или Запад понял, что по-хорошему с Россией нельзя, а потому будет строить новую систему безопасности, в которой Россия будет служить актором агрессии и опасности до того момента, пока мировая система когда-нибудь опять не поменяется.