Джейсон Хо и Адриан Перез, зарегистрировавшие свой брак в Испании, а затем в Калифорнии, держат своих дочерей-близнецов.

Джейсон Хо и Адриан Перез, зарегистрировавшие свой брак в Испании, а затем в Калифорнии, держат своих дочерей-близнецов.

REUTERS / Lucy Nicholson

Гомо сапиенс – гениальный вид. Мы умеем находить самое неожиданное применение даже самым однозначным природным вещам. Взять, например, гомосексуальность. Все 1500 видов животных, у которых она зарегистрирована, используют ее для снятия напряжения в группе и общей гармонизации отношений с соплеменниками. И только мы сумели превратить ее в повод перегрызть друг другу глотки. Вот и сейчас. «Это норма, теперь и по закону!» – радостно машут радужными флагами одни. «Извращенцы! Подумайте о детях!» – яростно брызжут ядовитой слюной другие.

А и правда. Чтобы как-то отвлечься, давайте подумаем о детях. Каково им жить в мире, где у тебя может быть две мамы или два папы?

Мне было двенадцать, когда я впервые увидела однополую семейную жизнь. Прямо у себя дома. Я купила двух юных скалярий, они выросли и, к моему огорчению, обе оказались самками. Моему огорчению, не их. У них как раз все было в порядке: они образовали дружную пару, оттанцевали весь положенный брачный ритуал, расчистили субстрат, отложили икру и три дня нежно обмахивали ее плавниками. Из неоплодотворенной кладки, конечно, никого не вывелось, но было очевидно, что это чисто техническая проблема. И если ее решить, то с прочими родительскими обязанностями мамаши справятся не хуже разнополой пары. Не то чтобы мне захотелось примерить этот сценарий на себя, но мир в моих глазах от такого разнообразия определенно выигрывал.

Мои скалярии не исключение, а частный случай правила: однополые брачные союзы в природе вполне обычная вещь. Особенно преуспели в этом моногамные птицы. Они даже научились решать техническую проблему оплодотворения в однополых семьях.

Вот, например, серые гуси. Кумир моей юности зоолог Конрад Лоренц описывал, как два гусака в наблюдаемой им стае создали крепкую многолетнюю пару – и настолько удачно, что все гусиное комьюнити признало их главными. Они заняли лучшее место в колонии, по ним сохли все свободные гусыни, однако гусаки уделяли внимание только друг другу. Иногда такие пары все-таки принимают одну из своих поклонниц в семью. Потому что дети для гусей это очень важно, а где их еще взять? Ничего удивительного, говорит Лоренц, что гусята в таком тройственном союзе всегда были самые ухоженные, накормленные и защищенные.

Женский ответ серым гусям: дамские пары королевских альбатросов. Девочки строят гнездо, одна из них спаривается с каким-нибудь залетным самцом, откладывает яйцо, птенца подруги растят вместе. Таких женских семей примерно треть от всех размножающихся пар.

Мужской ответ альбатросам: треть пар черных лебедей – «голубые». Они строят гнездо, приглашают самку, дожидаются яиц, прогоняют самку – и дальше уже все сами. Удобно, что птицам не нужно кормить детей молоком.

Впрочем, отдельные самцы умеют и это.