Во время защиты диссертации. Институт биохимии им А.Н. Баха Академии наук СССР.

Во время защиты диссертации. Институт биохимии им А.Н. Баха Академии наук СССР.

РИА Новости

В конце прошлой недели новый министр образования и науки Ольга Васильева после нескольких громких заявлений, связанных с образованием, сделала ответственный шаг и во второй части своего хозяйства – науке. Опубликованный министерством проект, изменяющий порядок лишения ученой степени за некорректные заимствования диссертации (согласно проекту, научный плагиат надо будет доказывать в суде), быстро получил шумную огласку.

Последствия такого шага, если проект будет принят, окажутся, говоря беспристрастно, самоубийственными для новой министерской команды. Не с точки зрения перспектив их государственной карьеры – пусть она будет успешной весь срок работы нынешнего правительства, а в том, на какое отношение действующих ученых теперь можно рассчитывать. Чтобы заработать репутацию в виде формулы «министерство защищает жуликов», достаточно будет одного нынешнего проекта. А вот избавляться от такого клейма придется долго и мучительно.

Можно, конечно, вспомнить про обязательные «сто дней», когда новая команда только входит в курс дела и ее нужно по возможности поддерживать, видеть положительные стороны, а если и критиковать, то предельно мягко и конструктивно. Попробуем. Итак, почему такое недовольство из-за технического, казалось бы, вопроса?

Научная самозащита

Начнем издалека: ученым тоже «за державу обидно», они помнят, что с судебной системой в стране сейчас, скажем так, сложно. Одна из проблем, о которой постоянно говорят сами представители судебной власти, – необоснованно большая нагрузка, из-за которой судьи не успевают как следует разобраться в деле. В результате страдает качество решений, ухудшается репутация суда, накапливается недовольство.

Выход (хотя бы частичный) и законодатели, и сами судьи видят в том, чтобы как можно больше споров решать во внесудебном порядке, в том числе за счет профессионального саморегулирования. Министерский проект, который, наоборот, набрасывает на судей еще одну категорию дел, заведомо сложных и скандальных, здесь явно идет против течения и уже поэтому выглядит (вспомним о «ста днях» и смягчим) непродуманным.