Александр Петров и Руслан Боширов, подозреваемые в причастности к делу об отравлении в Солсбери. Фото: скриншот RT

Приходит незнакомый человек, представляется – «Меня зовут Вася, я гей и убийца». Ну и все такие: «Вау, гей, настоящий гей! Как интересно! Ну расскажи, как это, быть геем? И что, вот прямо с мужиком, да?» – нормальная ситуация?

Конечно, Петров и Боширов в своем легендарном интервью ничего такого не сказали; строго говоря, они там вообще ничего не сказали, но содержание их беседы с Маргаритой Симоньян позволяет предполагать, во-первых, что они все-таки ездили в Солсбери убивать Скрипаля (иначе придется поверить в историю с собором и жижей, а это трудно), и во-вторых – что они геи (вопросы про гостиничный номер на двоих и двухместную кровать, ответы про личную жизнь – ну, понятно). Что интереснее? Весь день после интервью нам настойчиво доказывали (раз, два, три), что интереснее про геев. В самом деле – два мужика на одной кровати, это же гораздо круче и увлекательнее, чем международный скандал с покушением на убийство при помощи боевого отравляющего вещества. Получился самый простой тест на лояльность – чтобы выгородить этих парней, надо натужно шутить про геев. Такое своего рода важное государственное дело.