Новости Календарь

Коммунальный бунт

Коммунальный бунт © history.army.mil

Во вторник, первый рабочий день после праздников, в городе Первоуральск (Свердловская область) произошел всплеск гражданской активности. Сложно сказать, когда здесь было подобное. Может быть, и вовсе не было. Но вот что характерно – ничего общего с «болотной» и столичными выступлениями прошлой зимы социальный протест в Первоуральске не имел.

Горожане не требовали отставки Путина. Никто не говорил о либерализации режима. И даже в защиту Ройзмана, как кажется из Москвы, самого известного сегодня на Урале политического деятеля, не было сказано ни слова. У людей была совсем другая беда. В первых числах ноября им пришли квитанции на коммунальные услуги, цифры в которых были в два, а то и три раза выше, чем в октябре. И люди были в шоке.

Так вот, утром у коммунальных контор (жилищных управляющих компаний, местного энергосбыта, центра приема коммунальных платежей) начал клубиться народ. В основном, естественно, пенсионеры. Они возбужденно показывали друг другу квитанции с фантастическими, на их взгляд, цифрами. Получали стандартно бессмысленные и хамские ответы от коммунальных сотрудников. Градус возмущения рос. А когда он вырос достаточно, народ пошел в администрацию. К мэру.

Охрана здания толпу останавливать даже и не пыталась. Народ поднялся в кабинет мэра, сколько смогли – протиснулись внутрь. Глава городской администрации видеть избирателей был не рад. Как потом рассказывали активисты, прорвавшиеся на «прием», мэр был невнятен. «Сейчас мы посмотрим конкретно все расчеты. Я хочу еще раз вам напомнить, что постановление это федеральное. Я ни в коем случае от себя не отгребаю все эти дела, но это сейчас по всей России», – говорит Юрий Переверзев на появившемся вскоре в сети видео его встречи с горожанами.

Народ, поняв, что большего не добиться, ушел. Спустя пару часов официальная позиция была сформулирована – по завышенным коммунальным счетам рекомендуется временно не платить. То есть, выходит, что локальный коммунальный бунт увенчался успехом. Власть вроде бы как пошла на уступки. Поразительное дело по сегодняшним меркам.

Тут стоит сказать, из-за чего разразился весь сыр-бор. В мае 2011 года правительство (еще Владимира Путина) утвердило изменения в «Правила предоставления коммунальных услуг населению». Большая часть этих изменений вступила в силу с 1 сентября этого года, но не во всех регионах (Москва и Подмосковье, например, пока не пострадали). Из всех многочисленных поправок, как показали дальнейшие события, наиболее болезненными для населения оказались две «новеллы».

Общее место

Первая касается оплаты так называемых общедомовых нужд (или потребления коммунальных ресурсов для мест общего пользования). Суть в том, что всегда есть разница между потреблением, например, света, рассчитанным как сумма показаний всех квартирных счетчиков, и показаниями счетчика на вводе в дом. Эта разница на языке коммунальщиков и есть общедомовые нужды. По идее – это лампочки, которые горят в подъездах и на лестничных площадках. Но это по идее. А по факту в общедомовые нужды по свету попадает, например, потребление электроэнергии офисами и магазинами, расположенными на первых этажах и в подвалах. Или незаконные подключения к домовым сетям ларьков по соседству.

Так вот, раньше общедомовые нужды распределялись пропорционально показаниям квартирных счетчиков. Кто больше потребляет электричества на личные нужды, тот больше и платил за общедомовые. Однако теперь порядок поменялся. Оплачивать общедомовые расходы надо пропорционально площади квартиры. Естественно, сильнее всех новую схему оплаты прочувствовали жители относительно больших квартир (например, трешек в хрущобах), которые обычно жгут мало электричества. Допустим, семейная пара пенсионеров. Для них платеж за свет мог вырасти раза в полтора.

Впрочем, общие электросчетчики на дом худо-бедно, но почти везде стоят, люди к строке «общедомовые нужды» за свет привыкли. С водой же получилось совсем нехорошо.

Так уж сложилось, что воду в России исторически считать не привыкли. Квартирные счетчики воды стоят далеко не в каждой квартире. Общедомовые счетчики – хорошо, если в половине многоквартирных домов. А уж счетчиков, которые бы учитывали водоотведение (канализацию), так и вовсе практически нет. Поскольку реальный общедомовой расход воды выяснить невозможно, его считают по нормативам, привязанным к площади нежилых помещений. Нормативы эти были утверждены, по большей части, этим летом, одновременно с очередной волной повышения тарифов на ЖКХ. И они таковы, что в том же Первоуральске платежи за «общедомовую» воду оказались больше, чем за «квартирную».

Или вот другая проблема – в доме есть входной счетчик на горячую и холодную воду, а общедомового счетчика на сточные воды нет. В таком случае последний пункт рассчитывается по нормативу. Результат: благодаря завышенным нормативам воды из дома вытекает больше, чем втекает. В Питере, где новые правила тоже вступили в действие с первого сентября, во многих домах так и произошло.

Наконец, стоит держать в уме, что нормативы по воде привязаны к квадратным метрам площади мест общего пользования. Однако баз данных, которые бы содержали актуальные на текущий момент сведения о площадях нежилых помещений в каждом многоквартирном доме города, нет, как выясняется, не только в Первоуральске, но и вообще ни в одном из городов Российской Федерации. Что дает почву для оспаривания в судебном порядке начислений за «общедомовую» воду.

В общем, конфуз. Зная национальные особенности российского госуправления, было бы странно, окажись по-другому.

Электрический удар

Но хватит про места общего пользования. На многих россиян, начиная с октября, обрушилось еще одно бедствие – передача данных счетчиков электроэнергии. Ведь как обстоят дела в Москве (и обстояли до сентября, например, в Красноярске)? Раз в месяц граждане переписывают показания счетчиков. Идут в сберкассы и оплачивают свет. Что, конечно, для энергосбытовых компаний не очень удобно – они кредитуют население.

Человек жег свет в июне. В июле снимал показания. А оплатить мог в августе.

Теперь надо действовать быстрее – каждый месяц с 24 по 26 числа снять показания счетчика и передать их в энергосбыт. Тот в ответ посылает клиенту счет с его данными. Вроде бы как счет должен прийти в первых числах месяца. А оплатить его надо до 10-го.

Внимание, вопрос: мог ли житель Красноярска (а также Новосибирска, Нижнего Новгорода, Тулы и еще с десятка крупных городов, где началась «новая жизнь») дозвониться в конце сентября до своего энергосбыта?

Правильный ответ – нет, не мог. Потому что сбыты были, естественно, не готовы к тому, что в течение четырех дней с ними попробуют связаться и передать какие-то цифры все их абоненты. Люди давились в очередях на почте и в пунктах приема платежей за свет, пытались что-то отправить через сайты сбытов. И в конце концов просто не платили. Что было правильно – в итоге тем, кто не передал данные, а их оказалось подавляющее большинство, сумму платежа пересчитали, исходя из среднего месячного потребления, и прислали соответствующую квитанцию.

Но тут жителей поджидал другой сюрприз. По логике новой схемы, платить надо не через месяц после того, как ты нажег свет, а на следующий. Этот разрыв в платежах по старой и новой схеме надо было сократить. И его сократили – в первых числах ноября прислали счет сразу за два месяца. Потребители были, естественно, не в курсе. Пошли выяснять – почему две квитанции. Хвосты очередей в энергосбыты растянулись на сотни метров.

Рецепт «моратория»

Возвращаясь к Первоуральску. На следующий день после визита народа в мэрию в городской администрации состоялось совещание, по итогам которого было решено рекомендовать гражданам временно не платить за свет. Для того чтобы не платить, гражданам надо написать специальное заявление, форму которого разработала городская администрация.

Управляющим и коммунальным компаниям было рекомендовано ввести, опять же временно, мораторий на начисление платежей за общедомовые нужды. Коммунальщики, естественно, не в восторге – мол, людям сказали, что можно не платить, а наш человек таков, что теперь с него деньги только по суду можно взыскать.

Однако про «мораторий» заговорили не только в Первоуральске. В Курганской области введение новой схемы оплаты общедомовых нужд отложили на несколько месяцев. В Петербурге платежи за ОДН по воде также, до прояснения ситуации с нормативами и площадями нежилых мест, отложили. Наверное, глядя на сложившуюся ситуацию, и других регионах не будут спешить с введением новаций. А там, глядишь, и на федеральном уровне подправят что-нибудь.

Мораль? Первое, что очевидно, так это то, что качество управления или, как говорили лет тридцать назад, планирования народного хозяйства оставляет желать, мягко говоря, лучшего. Ни на одном из этажей вертикали не нашлось инстанции или просто человека, который бы задался целью посчитать, как коммунальные новшества отразятся на конкретной семье. Сколько денег она будет дополнительно платить и какую дополнительную нервотрепку придется выдержать?

И это логично, учитывая, что правительство и вся вертикаль ответственна не перед избирателем, которого сильно расстраивает очередная дурость с оплатой воды или света, а перед человеком, фамилия которого начинается на «П». Уж он-то точно не будет нервничать из-за того, что 26 числа истекает срок подачи данных по электросчетчику.

Так что коммунальные «новеллы» имеют вполне типичную судьбу. Ее можно описать в виде простой формулы: любое здравое зерно, лежащее в основе любых нововведений правительства, по мере прохождения через инстанции мало того что теряется, так и сами реформы превращаются по ходу процесса в инструмент пытки населения. Такая вот эпитафия к теории малых дел и сотрудничества с режимом с целью изменить его к лучшему. И это второе, что кажется очевидным.

А в-третьих, выходит, что в России есть и почва, и пассионарии для активного гражданского протеста. Когда народ реально что-то защемляет, он, этот народ, предельно быстро самоорганизуется, выдвигает представителей, которые – раз! – и в кабинете мэра. Диктуют ноябрьские тезисы, которые власть, реально опасаясь, что завтра народ снова придет, быстро выполняет. Но вот, похоже, «путинская диктатура», «честность власти», борьба с коррупцией и прочие «болотные» лозунги этот народ, который зашел в кабинет к мэру Первоуральска, не цепляют. Он с этим вполне мирится. И это, как говорится, плохая новость для противников режима. Народный гнев периодически возникает, но направлен не на тех, против кого митинговали москвичи, и вызывается он вовсе не теми причинами, которые собрали людей на Болотной. Тот же самый мэр, на неожиданный прием к которому пришли жители Первоуральска, кандидат от КПРФ Юрий Переверзев, победил на выборах и стал главой города летом 2012 года. Поддерживает местное «Яблоко», а с «Единой Россией», наоборот, в конфликте. И вряд ли может прямо ассоциироваться с режимом Путина.

Два мира?

Люди «продвинутые», впрочем, утверждают: проблемы, из-за которых проистекают бунты, коренятся в сущности режима. Бардак в ЖКХ – следствие общей неэффективности российской власти сверху донизу и ее презрения к своим гражданам, против которых и протестовали на Болотной. И, к примеру, оппозиция в федеральном и региональных парламентах (если б таковая существовала) могла бы заблокировать или, по крайней мере, придать широкой огласке негативные последствия вынашиваемых правительством товарища Путина планов в коммуналке. Да и мэр Первоуральска, надо сказать, не вполне типичен.

А раз так, надо лишь объяснить народу некоторые причинно-следственные связи. Тогда у оппозиции появится массовая поддержка. И действительно… На 10 ноября в Петербурге запланирован митинг «За порядок в ЖКХ». Его инициаторы – городские оппозиционные общественные и политические организации. Там будет сказано и про общедомовые нужды, и про канализацию, которая больше, чем водопотребление, и про тарифы. Одновременно, кажется, это мероприятие будет похоже на «болотную». Там скажут и про власть, и про выборы, и про Путина.

Но вот придут ли туда люди, похожие на тех, что в Первоуральске зашли в мэрию? Не знаю. Иногда кажется, это просто два мира, которые никогда не пересекутся. 

Предыдущий материал

Митинги 4 ноября

Следующий материал

Несогласованный митинг: мэрия Москвы против репрессий