Новости Календарь

Охота на «Черного ястреба»

Охота на «Черного ястреба» Скриншот интервью компании "РЕН ТВ" с Вадимом Султановым

Боевики Кабардино-Балкарии обезглавили «черных ястребов», тайную организацию, борющуюся с исламским подпольем в этой республике методами террора. Сообщение об убийстве замначальника отдела Центра по противодействию экстремизму (Центр «Э») ГУ МВД России по Северо-Кавказскому федеральному округу подполковника Вадима Султанова вышло в топы новостей.

В эти дни на Северном Кавказе он не единственный убитый правоохранитель в чинах. В дагестанском Каспийске, к примеру, расстреляли эфэсбэшного полковника Магомеда Раджабова. Однако этой смерти никто, по большому счету, и не заметил. Он стал лишь строчкой в сводках: неизвестные ворвались в дом, полковника убили, остальных избили, скрылись в неизвестном направлении – так, кавказские будни.

То ли дело «ястреб», тут масса вкусных деталей.

Во-первых, это не просто очередной высокопоставленный офицер МВД, повстречавшийся с пулей боевиков, известно, что покойный совмещал свою официальную должность с положением лидера законспирированной криминальной организации.

Во-вторых, известно, что убили его именно боевики, а не кто-то там, не поделивший с Султановым крышуемых бизнесменов.

В-третьих, известно за что убили. Не вообще «по совокупности заслуг», а конкретно отомстили за смерть вдовы боевика Ахмата Малкарова, которую вызвали на опознание ликвидированного мужа, но до морга она не доехала, ее расстреляли вместе с пожилыми родственниками в машине на трассе, и, надо полагать, сделали это Султанов со товарищи.

Особая прелесть в том, что вся подноготная этого преступления известна благодаря утечкам из следственной группы, занимающейся убийством подполковника.

За что же покойному лидеру «черных ястребов» такое паблисити?

Для начала стоит отметить, что эту антиваххабитскую террористическую организацию с инфантильно-пафосным названием много пиарили. Султанов вывешивал свои видеообращения не только в YouTube, но выступал и на федеральных каналах, заявляя, что будет уничтожать не только «бородатую нечисть», но и их родственников.

В этом, кстати, принципиальное отличие «ястребов» от их бородатых оппонентов. Уже убитые лидеры боевиков КБР Казбек Ташуев и Аскер Джапуев истребляли не только милиционеров, но и тех, кого считали «врагами Аллаха», однако призывали сподвижников воздерживаться от нападений на их родственников, лишь предупреждая противников: не трогайте наши семьи, а то мы будем трогать ваши. Это не какая-то тайная инструкция, видеоролики с соответствующими установками выкладывались на сайтах боевиков в открытый доступ. На практике боевики, разумеется, убивали родственников силовиков, но по каждому такому случаю публично объяснялись в духе, что эти жертвы были случайными, а не изначальной целью.

Ничего уникального в структуре, занимающейся внесудебными казнями боевиков и их окружения, а также заподозренных в связях с подпольем, нет, так называемые «эскадроны смерти» массово появились на Северном Кавказе с началом Второй чеченской кампании и действовали активно в Чечне, КБР, Ставрополье, Дагестане, Ингушетии, а в остальных северокавказских регионах спорадически. Разница между классическими эскадронами и «черными ястребами» в том, что первые были анонимами, вторые же заявили о себе как об общественном движении мстителей.

Но и в этом «ястребы» не исключение из правил. В 2009 году в Дагестане тоже заявила о себе с помощью листовок группа мстителей из «родственников погибших милиционеров», они взяли на себя похищение 5-х человек и убийство 3-х из них, а также огласили список из 16 известных в Дагестане людей: адвокатов, журналистов и правозащитников, пообещав их убить, утверждая, что эти 16 покровительствуют исламскому подполью.

Был, кстати, в этом списке и убитый неделю назад создатель самой популярной в Дагестане газеты «Черновик» Хаджимурад Камалов, так что если его смерть будут всерьез расследовать, то придется проверять и версию «родственников погибших милиционеров».

Информация о деятельности классических «эскадронов смерти» позволяла сделать вывод о том, что это действующие сотрудники силовых структур, «ястребы» и «родственники» заявляли себя как народных мстителей, однако на поверку оказалось, что «народные» – тоже действующие милиционеры, если в КБР «народным ответом» исламскому подполью рулил руководитель «Центра Э», за что и был убит своими оппонентами, то в Дагестане через полгода после заявления о себе «родственников» был убит боевиками занимавший практически аналогичный пост начальник межрайонного отдела по борьбе с экстремизмом Гапиз Исаев именно за то, что «эскадронил», и практически одновременно с ним из пулемета расстреляли машину начальника УВД Махачкалы Ахмеда Магомедова по той же причине.

Формально деятельность «черных ястребов» расследовалась правоохранительными структурами, как ни крути, это была террористическая организация, совершающая убийства. Результатов эти расследования не давали как и во всех случаях, когда речь шла о преступлениях, совершенных «эскадронами смерти». Между тем связь убитого Вадима Султанова с «ястребами» была известна оперативникам как минимум с весны этого года. Его вычислили, сравнив два видео, транслировавшихся каналом РЕН ТВ: в обоих случаях он был в маске, но понять, что это один и тот же человек было возможно, в первом случае он презентовался как сотрудник «Центра Э», во втором как «черный ястреб», оба видео подготовил один корреспондент. Поверить в то, что при таких исходных данных оперативники не смогли установить, кто в кадре, практически невозможно. По крайней мере, боевики установили. Тем не менее, оперативники Султанова не трогали. Тронули бы, остался бы он живым, сидел бы сейчас на специальной ментовской зоне в Мордовии и ждал бы спокойно УДО.

Является ли это уникальной ситуацией?

В действительности, практически во всех случаях имена членов «эскадронов» хорошо известны, причем не только в правоохранительных органах. В Дагестане помимо вышеупомянутых и уже убитых милиционеров с этой деятельностью связывают ряд высокопоставленных сотрудников МВД – Магомеда Магомедова по прозвищу Кучерявый, Ахмеда Баталиева, Ахмеда Кулиева.

В Ингушетии правозащитник Макшарип Аушев, сам ставший жертвой эскадронов в 2009 году, за два года до смерти обнародовал полный список одной из таких групп во главе с начальником Урус-Мартановского РОВД Рамзаном Джамалхановым.

Никогда и никто из «эскадронщиков» не был остановлен, так сказать, от имени закона. Это правило действует даже тогда, когда речь идет не о расправе над боевиками, не важно, реальными или мнимыми, или членами их семей, но и когда похищают и казнят сотрудников правоохранительных структур, слишком заинтересовавшихся эскадронной деятельностью. Так, ничего не было предпринято в отношении сотрудника ингушского УФСБ Руставела Султыгова, причастного к исчезновению зампрокурора республики Рашида Одзоева.

Напрашивается мысль, что это вовсе не самодеятельность, вовсе не беспредел силовиков, а санкционированная свыше борьба с подпольем, хоть и не вписывающаяся в рамки закона. По крайней мере, именно «Черные ястребы» заявили о себе практически сразу после предложения президента Кабардино-Балкарии Арсена Канокова о создании отрядов самообороны для противодействия боевикам.

В КБР о «ястребах» открыто говорили как о спецпроекте, при этом вице-спикер СовФеда Александр Торшин объявил их существование естественным и оправданным и представлял как некую молодежную организацию, желающую сражаться с исламистами за право жить по светским законам. «Местным правоохранительным органам надо не бороться с этими приличными людьми из «Черных ястребов», а использовать их», – рекомендовал сенатор. За неимением доказательств обратного, будем считать, что он просто не знал, что между теми и другими можно смело ставить знак равенства.

Итак, можно подводить итоги. «Черные ястребы» были обычным «эскадроном смерти», отличающимся от прочих лишь яркой рекламной упаковкой. Это была попытка представить ситуацию так, будто война с подпольем стала делом широких масс а не только силовых госструктур. Отсюда и повышенное внимание к смерти Вадима Султанова, которая, однако, выявила, что широкие массы если и против подполья, то совсем не собираются браться за оружие и решать вопрос самостоятельно.

Конечно, можно еще задаться вопросом, насколько эскадронная деятельность целесообразна. Можно долго морализаторствовать, что террор – оружие слабых, взрывы и убийства исподтишка – это для тех, кто не может победить в открытом бою сильного противника и пытается его так запугать. Соответственно, государство, обладающее армией и огромным сыскным аппаратом, прибегая к террору, признает себя слабым. Но это все разговоры в пользу бедных, в действительности на войне нет ни законов, ни понятий. Но вот одно соображение о эскадронной практике у меня есть.

Покушение на президента Ингушетии Юнус-Бека Евкурова спровоцировали именно эскадроны. Организатором нападения на Евкурова был известный местный боевик Абдул-Малик Алиев. Незадолго до покушения Евкуров пытался остановить деятельность боевика, требуя, чтоб отец Абдул-Малика Магомед Алиев повлиял на сына и уговорил его сдаться. В этом контексте между президентом и отцом боевика случился разговор на повышенных тонах. Вскоре после этого не только отец, но и мать боевика были убиты. Это было делом рук эскадронов, но мстить Абдул-Малик решил именно президенту.

Предыдущий материал

Цитата дня. Владимир Путин: «Давайте задумаемся, что значит «Хватит кормить Кавказ»

Следующий материал

Путинские тупики: Кавказ