![](/images/uploads/780/e17a23dc499dd21a834e7609a664362d.jpeg)
Дочь президента Узбекистана, председатель правления фонда «Форум культуры и искусства Узбекистана» Гульнара Каримова. Фото: ИТАР-ТАСС/ Игорь Акимов
Прокуратура Узбекистана рапортует, что завершила предварительное следствие по уголовному делу в отношении людей из ближайшего окружения старшей дочери узбекского президента Гульнары Каримовой – Рустама Мадумарова и Гаянэ Авакян. Первый считается гражданским мужем президентской дочки, вторая – близкой подругой. По отчету прокуратуры, они вместе с неким Н. Содиковым (по всей видимости, помощник Каримовой – Нурмухаммад Содиков) в составе организованной преступной группы в период 2011–2013 годов под видом предпринимательства систематически совершали преступления в сфере хозяйственной деятельности и с помощью шантажа, вымогательства и фальсификации документов причинили ущерб узбекскому государству в особо крупном размере. В частности, указанная ОПГ присвоила активов национального авиаперевозчика «Узбекистон хаво йуллари» на $2,3 млн, компании Coca-Cola Ichimligi Uzbekiston Ltd. на $5 млн и средств Ферганского НПЗ на $17 млн. Четыре месяца назад узбекский суд уже приговорил Мадумарова и Авакян к 10 и 9 годам лишения свободы соответственно, признав их виновными в вымогательстве в особо крупном размере, совершенном группой лиц по предварительному сговору. Этот приговор стал лишь одним из этапов в борьбе президента Узбекистана Ислама Каримова с окружением собственной дочери, которая началась в прошлом году. Но если до сих пор сама Гульнара не попадала напрямую под уголовное преследование, то в последнем заявлении прокуратуры отмечается, что в отношении некоторых членов преступной группы «уголовные дела выделены в отдельное производство». Речь идет в том числе и о Каримовой Г., в которой без труда угадывается бывшая «узбекская принцесса», как старшую дочь Ислама Каримова еще пару лет назад именовали все зарубежные СМИ. 42-летняя Каримова не зря стала бакалавром в области телекоммуникаций и международной экономики, получила степень магистра гуманитарных наук в Гарварде и закончила нью-йоркский Fashion Institute of Technology. Со временем в сферу ее деятельности попали и музыка, и дизайн ювелирных украшений, и стихи, и живопись, и фотография. До 2013 года она успела поработать советником при посольстве Узбекистана в Москве, послом в Испании и представителем республики в женевском офисе ООН. Под псевдонимом Гугуша Каримова записала пару альбомов танцевальной музыки, широко занималась благотворительностью, привозила в Узбекистан Стинга и прочих известных музыкантов, а помимо всего прочего создала собственную бизнес-империю. От бизнеса, как полагают многие, и пошли все беды Гульнары. Точнее даже, не от самого бизнеса, а от тех методов, которыми его вели приближенные лица Гугуши. Летом 2013 года узбекские власти лишили Каримову дипломатического иммунитета, после того как стало известно, что в Швеции и Швейцарии возбуждены уголовные дела против людей из ближайшего окружения президентской дочки, которые обвинялись в отмывании денег и подкупе должностных лиц. Осенью ситуация для Каримовой осложнилась еще больше – кампанию против нее возглавил руководитель Службы национальной безопасности Узбекистана Рустам Иноятов. Он, как и сама Гугуша, тогда считался одним из претендентов на президентский пост после ухода Ислама Каримова. Сам Каримов желания расстаться с должностью не изъявлял, но бессменному лидеру Узбекистана тогда было уже 75 лет, и по республике в очередной раз поползли слухи о «смертельной болезни» президента. Руководитель госбезопасности якобы предоставил Исламу Каримову компромат на Гульнару – в частности, речь могла идти о поборах с предпринимателей, которых дочь президента заставляла спонсировать свой благотворительный фонд «Форум культуры и искусства Узбекистана». По другой версии, президент Каримов – человек скрытный и осторожный – был взбешен той активностью, которую его дочь развила в «Твиттере», где она постила всякие подробности из жизни семьи Каримовых и не стеснялась резких высказываний в адрес ближайших соратников отца. Более того, однажды Каримова разместила в сети свои фото весьма фривольного характера – на них Гульнара занималась йогой. Однако вряд ли именно это стало причиной столь суровой кары со стороны отца. Другое дело – обвинения в адрес высших чиновников, доверенных лиц президента. В апреле прошлого года Гульнара атаковала через «Твиттер» первого вице-премьера республики Рустама Азимова, перепостив чужие записи о том, что он «мошенник», что «у него есть несколько миллиардов» и что он «хорошие схемы придумал и гребет лопатой». А Азимов между тем вполне мог сойтись с главой госбезопасности Иноятовым, чтобы вместе избавиться от назойливой и весьма популярной президентской дочки. Тем более что Азимов, как и глава СНБ, также считается потенциальным преемником Каримова. К началу 2014 года все было закончено. Ряд лиц из окружения Гульнары оказались под следствием, кто-то вообще пропал с концами. Правда, после новогодних праздников промелькнула информация, что отец помирился с дочерью: якобы между ними состоялась беседа, и президент благословил Гугушу на новый дизайнерский проект. Однако в феврале стало окончательно понятно, что Каримова помещена под домашний арест. К тому времени все ее благотворительные фонды свернули деятельность, а многочисленные аффилированные с президентской дочкой фирмы были закрыты. В феврале арестовали и Мадумарова. В тех редких сообщениях, которые Каримовой за последнее время удавалось переправлять в СМИ, она рассказывала, что обращаются с ней «хуже, чем с собакой», отказывая даже в медицинской помощи. После того как стало понятно, что Каримов намерен разобраться на всю катушку, а узбекский лидер славится крутым и несдержанным нравом, появилась еще одна версия, объясняющая травлю Гульнары. Весной этого года генпрокуратура Швейцарии подтвердила, что старшая дочь президента Узбекистана с 16 сентября 2013 года проходит подозреваемой в деле о коррупции и отмывании денег. Причем по этому делу были заморожены более 800 млн швейцарских франков – якобы рекордная сумма, которая арестовывалась в Швейцарии на указанных основаниях. Большая часть арестованных денег имеет отношение к шведской телекоммуникационной компании TeliaSonera. Когда в 2007 году эта контора только выходила на узбекский рынок, она заплатила за лицензию 3G 2,3 млрд шведских крон (около $358 млн) компании Takilant из Гибралтара. А во главе Takilant стояла та самая Гаянэ Авакян – давняя подруга Гульнары, ныне пребывающая в узбекской тюрьме. В том, что Авакян была лишь подставным лицом, а за всей этой схемой стояли Каримова и Мадумаров, никто не сомневается. Теперь, когда непосредственные исполнители оказались за решеткой в Узбекистане, их уже нельзя будет вызвать в Европу на допрос, и они не смогут ничего рассказать европейским следователям про роль в этом деле Гульнары. Таким образом Ислам Каримов оградил дочку от уголовного преследования на Западе. Высказываются также предположения, что руководство Узбекистана устроило Гульнаре и ее окружению показательную порку, чтобы предъявить ее результаты Западу и добиться таким образом возвращения в республику замороженных ранее средств. Однако для этого Узбекистану надо ратифицировать целый ряд международных документов, например Конвенцию ОЭСР по борьбе с подкупом иностранных должностных лиц при проведении международных деловых операций. Хотя и это не гарантирует возврата денег, поскольку ни Швейцария, ни Швеция пока не демонстрируют никакого желания закрывать дела в отношении Каримовой и ее людей.