Подписание договора об образовании СССР на I Всесоюзном съезде Советов, 30 декабря 1922 г.

Подписание договора об образовании СССР на I Всесоюзном съезде Советов, 30 декабря 1922 г.

Картина Степана Дудника (1914–1996) / Wikimedia Commons

В холодный зимний день 30 декабря 1922 года в зрительный зал московского Большого театра съехались более двух тысяч мужчин и женщин, прибывших со всех окраин бывшей Российской империи. В тот год после долгих дискуссий правительство большевиков во главе с Владимиром Лениным решило не закрывать театр. Нет, не ради балетных и оперных постановок, на которых стояло клеймо упаднической буржуазной, или — еще хуже — имперской культуры. Власти были нужны просторные здания, чтобы устраивать съезды партии и советов.

Первый всероссийский съезд советов, проходивший в Большом театре в последние дни 1922 года, был самым масштабным по сравнению с прежними партийными собраниями. На повестке дня стояла задача поистине историческая: создать совершенно новую страну — Союз Советских Социалистических Республик.

Этот процесс проходил на фоне острого конфликта между Лениным и Сталиным, пишет украинский историк, гарвардский профессор Сергей Плохий в своей книге «Потерянное царство. Поход за имперским идеалом и сотворение русской нации» (вышла недавно в издательстве Corpus). На руку Сталину, генеральному секретарю партии и наркому по делам национальностей, неожиданно сыграла болезнь Ленина.

Съезд избрал Ленина почетным председателем и направил ему приветствия от делегатов. Но самого Ленина на съезде не было. 52-летний вождь большевиков, в предшествующие месяцы бившийся за создание Союза не на жизнь, а на смерть, не выходил из своей кремлевской квартиры. Она была в нескольких минутах ходьбы от театра — но Ленин не мог преодолеть и этого расстояния. За восемь дней до открытия съезда, 22 декабря, его разбил обширный инсульт, обездвиживший правую половину тела.

Два дня спустя комиссия партийных руководителей под началом Сталина строго ограничила всю деятельность Ленина — и, в сущности, изолировала его. Ограничения должны были предотвратить ухудшение здоровья вождя. Впрочем, они преследовали и другую цель — политическую.

Подробнее о величайшей геополитической катастрофе XX века — в отрывке из главы «Победа Ленина», который мы публикуем с любезного разрешения издательства.