Фото: Stelios Varias / Reuters

Глава и отец интернет-магазина Amazon Джефф Безос объявил о покупке американской ежедневной газеты The Washington Post. Сделка произвела в медиа- и IT-отрасли эффект разорвавшейся бомбы.

Безос, который, по данным Forbes, в марте 2013 года стоил 25,2 миллиарда долларов, входит в двадцатку богатейших людей мира. На The Washington Post он потратил около одного процента своего состояния. И, что немаловажно, купил газету на свои деньги, не привлекая Amazon.

Традиционно неожиданные непрофильные инвестиции, которые делают чрезвычайно богатые люди, порождают не только бурные споры, но многочисленные шутки. Редактор Time и бывший сотрудник Mashable Алекс Фицпатрик написал в своем Facebook, что тоже потратил 1 процент своего состояния – на обед. В сознании же российского читателя огромные медийные вложения неразрывно связаны с Михаилом Прохоровым, который в 2008 году хотел вложить 150 миллионов долларов из своего 20-миллиардного состояния в медиагруппу «Живи!» с тем, чтобы выйти в ноль через три года. 

Есть несколько причин, по которым богачи приглядываются к бумажной прессе. Но чтобы их понять, надо бросить взгляд на саму структуру американского газетного рынка. Федеральные газеты появились в США далеко не сразу. До сих пор основой прессы являются городские издания. Другими словами, даже The New York Times много пишет про Нью-Йорк, The Boston Globe (кстати, куплен на днях владельцем футбольного клуба «Ливерпуль») – про Бостон, а Chicago Tribune – про Чикаго.

Эта особенность рынка создает много проблем, но одновременно имеет важную особенность: от городских изданий вне зависимости от их масштаба ждут журналистики, по качеству не уступающей национальным газетам. Местная повестка дня продается только тогда, когда интересна не менее федеральной. Задача комплексного сравнения традиций американской местной прессы и российских районок еще ждет своих вдумчивых исследователей.

Уоррен Баффет, четвертый в списке самых богатых людей мира, за последние пару лет купил свыше 60 газет, исходя именно из соображений бесценности и незаменимости местной повестки дня. Его формула «Новости – это то, что люди и не думают, что хотят знать» предполагает, что при правильной экономической модели и здравомыслящих менеджерах даже побитая бумажно-газетным кризисом газета ценна как актив.

Баффет, стоит напомнить, инвестор. Он не строит бизнес как таковой. Он покупает, когда видит возможность перепродать актив дороже. Эта концепция не обязательно означает, что актив надо делать прибыльным; очевидным образом Баффет не собирается внезапно стать деятельным медиамагнатом. Он лишь собрал под своим крылом десятки производителей повесток региональных сообществ. 

Спрос на производителей повесток дня, если так рассматривать газеты, несомненно, есть. Колумнист The New York Times Дэвид Карр еще в апреле 2012 года перечислял граждан, внезапно полюбивших независимую региональную прессу. Девелопер Дуглас Манчестер, филантроп С. Дональд Сассман, филадельфийские предприниматели – все они вложили миллионы и десятки миллионов долларов в местные газеты. Карр с присущим ему ехидством сравнивает современную моду на скупку прессы с довоенными медиабаронами, лоббирующими нужные им проекты и плюющими на журналистские ценности.

Джефф Безос, казалось бы, входит в эту схему, как патрон в обойму, но одновременно не похож на человека, который может подмочить свою репутацию подозрениями во влиянии на независимую прессу. Более того, кое-кто уже вспомнил, что до сих пор Безос не сделал для журналистики ничего плохого, кроме хорошего.

Возможно, стоило бы дать слово самому Безосу, благо он разослал сотрудникам газеты традиционное обращение нового собственника. Тезисно, в очень вольном переводе письмо звучит так:

1. Ценности газеты меняться не будут.
2. Интернет преобразил новостной бизнес, нам придется экспериментировать и отталкиваться от местной аудитории.
3. Журналистика играет решающую роль в свободном обществе. The Washington Post особенно важна не только как городская, но и как столичная газета.
4. Мы будем перепроверять информацию и одновременно расследовать важные сюжеты, невзирая на лица.

Другими словами, пока девелопер в Сан-Диего покупает газету, чтобы пробить строительство нового стадиона, Безос, с присущим ему основательным подходом, платит четверть миллиарда долларов не за семь сотен журналистов и не за полмиллиона читателей. Купив голос столицы самой влиятельной страны в мире, он, кроме всего прочего, вплотную подобрался к обитателям Белого дома. 

Чтобы использовать это преимущество, влиять на журналистские ценности действительно не надо. Достаточно просто быть рядом.