Петр Шура. Фото: Арсений Несходимов для Republic

Петр Шура. Фото: Арсений Несходимов для Republic

Петр Шура умеет различать тренды в недвижимости, но признает, что нередко торопит события. «Мы тут сильно опередили время», – то и дело вставляет девелопер, комментируя проекты, некогда поставленные им на паузу. К счастью для бизнесмена, он также умеет вовремя выходить из компаний, в которые инвестирует. Учрежденный им издательский дом Building давно закрылся, но прежде Шура смог выручить деньги от продажи значительной части компании в мае 2008 года – как раз перед российской фазой международного финансового кризиса. В 2013 году он вышел из капитала Rose Group – девелоперская группа, известная застройкой элитной Остоженки и строительством модного универмага «Цветной», отошла дочернему банку ВЭБа «Глобэксу». Были и другие своевременные сделки – например, продажа доли в столичном ТЦ «Мозаика» в том же 2013-м, за считаные месяцы до украинских событий и обвала цен на нефть.

Шура предпочитает не уточнять, обладателем какого состояния он в итоге стал, неохотно подтвердив лишь, что речь идет о сумме не меньше $100 млн. В 2014 году он создал компанию Posh, с портфелем девелоперских проектов в США и ряде европейских стран, и в течение двух лет не появлялся в России. Пожив в Нью-Йорке и других городах, предприниматель утвердился во мнении, что девелопмент – как он до сих пор представлял себе этот бизнес – необратимо меняется. Что в этом смысле ожидает Москву, Петр Шура подробно рассказал в интервью Republic.

– Сейчас нечасто встретишь людей, которые уехали, но вернулись, чтобы продолжать здесь свой бизнес. Были веские причины?

– Не могу сказать, что прямо вернулся. Моя семья живет в Европе, и я здесь скорее наездами. Первый раз после двухлетнего отсутствия приехал сюда на месяц в июле прошлого года. Помню, как приятно был удивлен переменами в городе. Из Москвы стремятся сделать мегаполис мирового уровня, и это трудно было не заметить. Собянин в Москве действует как когда-то барон Осман в Париже.