Тимур Горяев. Фото: Никита Полосов

Тимур Горяев. Фото: Никита Полосов

Тимур Горяев – один из тех предпринимателей, которым в полной мере удалось воспользоваться сложившимися в России в конце 1990-х уникальными условиями для бизнеса: незаполненный потребительский рынок, дешевая национальная валюта, постоянно увеличивающиеся на протяжении 2000-х доходы населения. Его «Калина», выросшая из старой советской фабрики «Уральские самоцветы», стала в итоге вторым по размеру производителем косметики после Procter & Gamble. А в 2011 году «Калину» купил другой транснациональный гигант – Unilever, оценив бизнес в полмиллиарда евро. Новых потребительских компаний такого масштаба в России с тех пор больше не появлялось.

Об управленческих методах Горяева ходили слухи, иногда пугающие: штрафы за минутное опоздание, увольнение за самое мелкое воровство (подробнее свой управленческий опыт Горяев описал в книге «Шпаргалки для боссов»). Тем не менее система работала.

После продажи «Калины» Горяев переехал жить в Лондон и занялся менее масштабными бизнес-проектами во Франции и Великобритании. При этом он остался верен себе: его помощница перед интервью предупреждает, что «у Тимура Рафкатовича нулевая толерантность к опозданиям». Интервью действительно начинается минута в минуту.

– Вы продали «Калину» почти шесть лет назад и вскоре уехали из России в Великобританию. Чем вы занимаетесь сейчас?

– У меня компания по производству арманьяка и кальвадоса во Франции со штаб-квартирой в Швейцарии (группа компаний Spirit Capital. – Republic). Есть девелоперский проект в Великобритании – это большая старинная тюрьма, которую мы перестраиваем под парк развлечений с привидениями и отель. Везде есть менеджмент, я стараюсь не лезть в текущее управление. Есть портфель инвестиций, которым я управляю, – слежу за всем, что происходит в сфере высоких технологий, виртуальной реальности и фармацевтики. Вот два сектора, где я ожидаю огромного прогресса, прорыва и стараюсь быть в курсе. В общем, день пролетает незаметно и разнообразно. Меня радует, что с обсуждения стратегий на рынке спиртного можно переключиться на вопросы поддержки привидений в отдельно взятом графстве.

– Почему вы вдруг решили купить тюрьму?

– Это было неожиданно для меня самого. Было пасмурно. Моя супруга повезла меня на экскурсию – пойти было некуда, мы были в Корнуолле, дождь. Она сказала: пойдем куда-нибудь под крышу, я нашла брошюрочку, тут есть средневековая тюрьма. Тюрьма оказалась большой, атмосферной, сумасшедшая энергетика, до костей пробирает. Но мне показалось странным, что никто толком не занимается этим местом с таким потенциалом – корпуса заросли плющом. Я связался с владельцем, он был готов продать. Сейчас там два ресторана, музей тюрьмы и параллельно начата стройка, часть корпусов будут превращены в отель.