В России без лишнего шума уже давно проводится «QE по-русски» (Quantitative Easing – количественное смягчение). Разумеется, у нас заумных «операций Твист» не используют. Наш печатный станок включается ударом кувалды. Последствия соответствующие – то рубль рухнет, то пузырь РЕПО надуется.

13 сентября приняли долгожданное решение о QE3: еженедельно ФРС будет покупать облигации на сумму $10 млрд, причем в отличие от предыдущих фаз количественного смягчения, QE3 не имеет даты окончания – оно завершится, когда экономика покажет признаки восстановления. «Операция Твист» (покупка долгосрочных казначейских облигаций в обмен на продажу краткосрочных) будет продлена, ее объем составит до конца года $667 млрд. Низкий уровень процентных ставок 0–0,25% сохранят по крайней мере до 2015 года.

Первый раунд «количественного смягчения по-русски» уже отыграли, а второй в разгаре. QE1 rus началось в сентябре 2008 года и завершилось весной 2010 года. Начало QE2 rus (точнее, открытие ЦБ «второго фронта») можно датировать концом сентября – началом октября 2011 года, когда ЦБ возобновил активное рефинансирование банковского сектора. 5 августа 2011 года S&P понизило рейтинг США на 2 ступени, что вызвало всплеск турбулентности на финансовых рынках, усиленный в сентябре проблемами греческого долга. В августе – сентябре 2011 года основным источником ликвидности для банковского сектора были депозиты Минфина, которые ЦБ затем заместил с помощью механизма РЕПО. Госсредства предоставлялись банкам под столь низкую ставку процента, что некоторые из них начали использовать их для арбитража между низкими ставками РЕПО (от 5,25% годовых по однодневному РЕПО) и высокой доходностью ОФЗ (выше 8% годовых по дальним выпускам).

Средства, предоставленные ЦБ банковскому сектору
трлн руб.

Источник: данные ЦБ

Из графика можно сделать вывод, что максимум QE2 rus был пройден в июле этого года – если только российская экономика не войдет в новую полосу турбулентности. Пока наибольший объем вливаний ЦБ в банковский сектор в ходе QE2 rus был достигнут 31 июля и составил 2,3 трлн руб. против 3,1 трлн руб., достигнутого 27 января 2009 года. На этом графике не показан субординированный заем ЦБ, предоставленный Сбербанку в размере 0,5 трлн руб. в декабре 2008 года, который, за вычетом досрочно возвращенных 0,2 трлн руб., остается на балансе Сбербанка. Также не показан и заем ЦБ АСВ в размере 295 млрд руб., который в сентябре 2011 года через посредство АСВ был направлен «Банку Москвы», санируемому ВТБ.

При этом наступили на те же грабли, что и в ходе QE1 rus: массированный сброс госпомощи преимущественно госбанкам привел к обвалу рубля, так как деньги государства обрушились на единственный финансовый рынок, который продолжал активно работать, а именно на валютный рынок, тогда как кредитный и фондовый рынки «замерзли». В итоге на пике QE1 rus 7 февраля 2009 года рубль обвалился до глобального минимума 36,3798 руб./долл., а уже в начале QE2 rus 5 октября был достигнут локальный минимум 32,6799 руб./долл.

Однако между QE1 rus и QE2 rus есть существенная разница – если в первом раунде основным инструментом был беззалоговый кредит, то во втором раунде ЦБ воздержался от применения этого рискованного и негативно зарекомендовавшего себя инструмента и прибегнул преимущественно к операциям прямого РЕПО. Незамедлительно на рынке РЕПО начал надуваться пузырь. Однако критика, прозвучавшая 2 июля на заседании Совета по денежно-кредитной политике и финансовому регулированию Ассоциации региональных банков России и хорошо растиражированная, привела к резкому снижению лимитов однодневного РЕПО с максимального уровня 620 млрд руб. на 30 июля 2012 до 10 млрд руб. с 9 августа. Иногда лимиты после этого повышались, однако они вновь возвращались к уровню 10 млрд. Также сократились и лимиты семидневного РЕПО – с 1,6 трлн руб. на 24 июля до 1,17 трлн руб. на 11 сентября. Впрочем, частично инструмент РЕПО был заменен на кредиты под нерыночные активы и поручительства. Этот инструмент, с учетом того, что в качестве залогов могут использоваться плохие долги, представляется еще более опасным способом рефинансирования банков, чем РЕПО.

Забавно, что 13 сентября, за несколько часов до принятия ФРС решения о смягчении денежно-кредитной политики – QE3, ЦБ принял диаметрально противоположное решение об ужесточении денежно-кредитной политики – о повышении ставки рефинансирования на 25 базисных пунктов. Наиболее важно то, что ставки по основным инструментам предоставления ликвидности банковскому сектору были также повышены на 25 б.п. Разумеется, влияние решения ЦБ на российский рынок оказалось несопоставимо слабее, чем решение ФРС, что на следующий день и проявилось в мощном ралли.

Российский регулятор мотивировал свое решение нарастающей угрозой инфляции. Не исключено, что одной из целей являлось и ослабление бума на рынке розничного кредита. Наметился дисбаланс между слабым и замедляющимся ростом российской экономики и ускоряющимся ростом розничного кредита – на 1 сентября 2012 года годовой он достиг 43,2% против 28,5% на 1 сентября 2011 года. Между тем, бум на рынке розничного кредита обусловлен именно притоком средств ЦБ: с 1 сентября 2011 года по 1 сентября 2012 года и средства ЦБ, предоставленные банкам, и их розничный кредитный портфель выросли на одну и ту же величину – 2,1 трлн руб.