Новая реальность: с фронта возвращаются военные с разрушенной психикой — адепты домашнего насилия, оправдывающие ксенофобию и теракты. Эксперты ожидают, что после окончания войны Россию накроет волна преступности
«После смены политического режима произойдет расследование многих дел, в том числе совершенных терактов». Адвокат Вадим Прохоров — о том, почему положение юристов в современной России хуже, чем в СССР
Не исламское, не государство, и не одних лишь Ирака с Сирией. Террористическое «ИГ»: как банда бывшего сутенёра эволюционировала в международную франшизу смерти
«Путину и местным царькам плевать на людей как на фронте, так и в России». Жители Оренбургской области о халатности и вранье властей, которые прозевали самое мощное наводнение за 100 лет
«В какой-то момент почти все будут так или иначе оппозиция. Просто до него надо дожить». Социолог Константин Гаазе о перспективах третьего года войны и пятого срока Путина
Как москвоцентричность России связана с войной в Украине. Интервью с политологом Василием Жарковым о регионах, столице и антиколониальном подходе к устройству России
Обсуждение «кошмарного сценария» для Киева в ожидании большого наступления российских войск. Что происходит в Украине в начале третьего года войны. Обзор иностранной прессы
«Сумасшествие, сюрреализм». Кремль хочет исключить из списка террористов «Талибан» — жестокое движение, игнорирующее права человека. Что об этом думают политики, журналисты и эксперты
