Рабочие на фабрике в Нью-Дели

Adnan Abidi / REUTERS

Впервые темпы роста индийской экономики превысили китайские показатели, сообщает Financial Times, анализируя данные за первый квартал 2016 года. Рост экономики Индии составил 7,9%, тогда как китайская экономика продолжает замедляться и ее рост уже оценивается как 6,7% в год.

Такая новость имеет серьезное глобальное значение: Индия утверждает себя в роли самой быстрорастущей крупной экономики мира и готовится перехватить у Китая знамя драйвера мирового экономического роста. С учетом текущего китайского замедления, стагнации в России, кризиса в Бразилии и неустойчивости реального роста в ЕС мировые экономические перспективы во многом зависят именно от того, сможет ли Индия – третья по размеру ВВП по паритету покупательной способности после Китая и США – удерживать рост 7–8% в год на протяжении периода 7–10 лет.

До настоящего момента индийская экономика не отличалась особой стабильностью. В то время как Китай на протяжении почти 25 лет ни разу не опустился ниже темпов 7% в год, индийская экономика развивалась рывками. Сравнивая две страны, важно учитывать и разницу примерно в два раза в темпах роста населения (1,4% в год в Индии и менее 0,8% в год в Китае), в результате которой Индия гораздо медленнее накапливает богатство на душу населения.

Страна контрастов

По показателю ВВП на душу населения Индия прочно остается страной третьего мира, в то время как Китай недавно перешел в группу стран, классифицируемых как «богатые». В результате к Индии, пожалуй, как к никакой другой экономике, применимо выражение «страна контрастов». С одной стороны, мы имеем ядерную державу и набирающую обороты космическую программу, причем убедительный успех марсианской миссии в 2014 году показал принадлежность к действительно элитному клубу в исследованиях космоса. Миру известны индийские достижения в программировании и разработке высокотехнологичных альтернативных источников энергии – Солнца и ветра.

С другой стороны, в рамках БРИКС по показателю ВВП на душу населения Индия уступает России почти в четыре раза, Бразилии – почти в три, Китаю и Южной Африке – более чем в два. Значительно опережает Индию небольшая соседняя Шри-Ланка (лишь шесть лет назад завершившая гражданскую войну, длившуюся четверть века). Впереди оказываются даже некоторые из стран Экваториальной Африки вроде Нигерии. Положительным достижением является то, что в конце 2000-х Индия превзошла по доходу на душу населения своего заклятого регионального соперника, Пакистан. Однако это свидетельствует скорее о больших экономических проблемах последнего.

Но есть и три главных вызова, не справившись с которыми о претензиях на экономическое лидерство Индии можно забыть и которые совокупно делают экономический рост чрезвычайно хрупким.

Первое – это инфраструктура. По своим географическим размерам Индия сопоставима со всей Западной Европой, максимальные расстояния составляют порядка 3000 километров как с севера на юг, так и с запада на восток. В стране имеется около 4,5 млн километров дорог, из них примерно половина с твердым покрытием. Для сравнения: в ЕС дорожная сеть с твердым покрытием превышает 5 млн километров. Качество дорог в большинстве случаев также далеко от международных стандартов, истории о перемещении между индийскими городами на автобусе или машине составляют захватывающую часть туристических рассказов. С точки зрения международной торговли страну спасает большое количество портов (и относительно короткое плечо до них практически из любой точки субконтинента). Однако внутренняя логистика является очень серьезной проблемой.

Автобус в Нью-Дели

Adnan Abidi / REUTERS

Другим инфраструктурным вызовом является энергия. Индия имеет очень серьезный дефицит ее источников. Она почти полностью зависит от импорта нефти и газа, что сказывается на возможностях производства электричества. На бытовом уровне почти 20% населения (около 250 млн человек) вообще не имеют доступа к электроэнергии. Большинство подключенных потребителей страдают от предельной нестабильности электросети, внезапное отключение во многих местах страны является нормой жизни. Среди прочего энергодефицит оказывается серьезным препятствием к современной индустриализации страны. Индии, безусловно, на руку нынешний низкий уровень цен на энергоносители, однако нельзя надеяться на устойчивое решение энергетической проблемы только лишь за счет естественных движений мировой конъюнктуры рынков. Страна активно развивает атомную генерацию и новые источники, однако государственных инвестиций явно недостаточно, а частных инвесторов отпугивает очень сложная система управления энергетическим рынком.

Около 250 млн человек (почти 20% населения) вообще не имеют доступа к электроэнергии

Второй ключевой вызов – качество человеческого капитала. Индийские программисты известны на весь мир, и индийские фамилии встречаются чуть ли не в каждом втором коллективе научных авторов независимо от области исследований. Однако более четверти взрослого населения (и более трети женщин) остаются неграмотными, почти 60% детей не оканчивают даже начальную школу. Менее 10% населения поступают в колледжи.

В высшем образовании тенденция продолжается. Например, по специальности «программирование» ежегодно несколько сотен тысяч человек получают степень бакалавра, однако лишь около двух тысяч оканчивают магистерский курс, число же добившихся докторской степени измеряется буквально десятками. В результате складывается картина, типичная для третьего мира: страна одновременно имеет огромную армию безработных и испытывает острый дефицит квалифицированных кадров. Сельское население страны составляет 68% (для сравнения: Китай – 46%), Индия является единственной крупной экономикой мира с уровнем урбанизации меньше половины населения.

Совокупность инфраструктурных и человеческих проблем приводит к третьему ключевому вызову, экологическому. Архаичные практики ведения сельского хозяйства и кустарного промышленного производства, традиционное отсутствие культуры гигиены вместе создают колоссальную нагрузку на экосистему. Недавно BBC опубликовала развернутое исследование экологии Ганга, священной реки индусов. К сожалению, он неумолимо превращается в сточную канаву.

В священном городе Варанаси уровень кишечной палочки в реке в 150 раз превышает безопасный порог для купания – однако десятки миллионов человек совершают омовения. По некоторым оценкам, около 160 тысяч индийских детей ежегодно умирают от желудочно-кишечных заболеваний, связанных с антисанитарией. Уровень химического загрязнения не менее вопиющий – например, кожевенные фабрики исправно поставляют в своих неочищенных стоках соединения хрома и другие сильные канцерогены.

В священном городе Варанаси уровень кишечной палочки в реке в 150 раз превышает безопасный порог для купания – однако десятки миллионов человек совершают омовения

Сочетание ухудшающейся экологии с зависимостью большинства населения от довольно примитивного по технике сельского хозяйства неизбежно подрывает стабильность экономического роста. Теоретически на значительной части Индостана можно собирать три урожая в год, однако для этого необходимо достаточное количество воды. Обеспечивающие воду муссонные дожди становятся все более непредсказуемыми, система распределения воды в условиях засухи не отличается эффективностью. При этом значительная часть прогнозируемого роста ВВП должна быть создана именно в сельском хозяйстве (вклад которого в экономику составляет 17%, самая большая доля среди топ-20 стран по ВВП). Таким образом, без резкого улучшения экологической ситуации вряд ли возможно говорить о стабильном экономическом росте.

Политические сложности

Перечисленные вызовы требуют масштабных и решительных действий. Однако здесь возникают новые проблемы. Индийцы любят называть свою страну «самой большой демократией мира». В целом это правда: в стране действительно почти непрерывно после получения независимости существовала насыщенная политическая жизнь (период определенного авторитаризма в период правления Индиры Ганди в 1970-е был относительно недолгим). Вместе с тем Индия, возможно, и самая сложная демократия мира. По крайней мере ее Конституция официально считается самой длинной – современная редакция имеет более 80 тысяч слов. Эта сложность необходима для того, чтобы удерживать воедино страну, которая была создана искусственным образом из десятков крупных и малых исторических областей, каждая со своими этносами и языками (в настоящее время официальным статусом пользуются 22 языка, принадлежащие пяти языковым семьям).

Пафос индийского государства всегда состоял в выравнивании социально-экономических возможностей всех групп населения, с 1976 года страна конституционно называется «социалистической». Реализация этих намерений включает сложную систему преференций для групп, традиционно дискриминируемых в экономической жизни: знаменитые неприкасаемые и так называемые племена, малые этнические группы, близкие порой к первобытно-общинному строю жизни. Борьба за их права часто встречает сопротивление. В некоторых штатах, где традиционно сильны позиции высших каст, статуи Амбедкара, отца индийской Конституции и последовательного сторонника включения неприкасаемых в социальную жизнь, приходится закрывать клетками во избежание вандализма.

В некоторых штатах статуи Амбедкара, сторонника включения неприкасаемых в социальную жизнь, приходится закрывать клетками

Серьезной сложностью является и религиозное разделение, несмотря на то что страна официально декларирует светскость (в отличие от соседнего Пакистана). При преобладающем распространении индуизма в Индии проживает около 200 млн мусульман (второе в мире мусульманское население после Индонезии). И трения между двумя общинами, порой перерастающие в кровавые погромы, не прекращаются на протяжении всей истории страны.

Для управления системой выстроена очень многомерная конструкция распределения полномочий на различных уровнях власти, где правительства штатов обладают весьма серьезными возможностями. Отдельной главой описано в Конституции и местное самоуправление, могущественное и сильно политизированное. Именно нижний уровень управления часто тормозит проведение насущных центральных реформ. В условиях бедного и малообразованного населения и необходимости подтверждать полномочия через выборы популизм оказывается наиболее выигрышной политической стратегией. И, напротив, строгое проведение непопулярных законов – вроде закрытия кустарных предприятий за несоблюдение санитарных норм – становится для локальных чиновников политическим самоубийством.

Многоуровневая бюрократия в сочетании с официальной социалистической ориентацией является серьезным препятствием для развития бизнеса. По индексу легкости ведения бизнеса Индия занимает 130-е место в мире, худшее среди стран БРИКС. По показателю глобальной конкурентоспособности страна стоит на 55-й позиции (Китай – на 28-й, Россия – на 45-й), однако в значительной степени это обусловлено простым фактором размера. Страна выглядит относительно неплохо по уровню коррупции (85-е место из 175, 38 баллов, один из лучших результатов в Азии – после Японии, Южной Кореи, Малайзии и Бутана, на одном уровне с Таиландом). Однако есть вероятность, что международные методики не учитывают условий в индийской глубинке.

Возможные пути развития

Устойчивый рост крупной (даже сверхкрупной) развивающейся экономики возможен лишь через современную индустриализацию, обеспечивающую производство товаров с высокой добавленной стоимостью как для внутреннего, так и для внешнего рынков. Однако промышленность Индии дает лишь 26% ВВП (Китай – 46%, Россия – 40%), и ее рост отстает от нынешнего роста экономики. Согласно выпущенным данным НСПИЭ, индекс промышленного производства вырос за 2015 год всего на 0,2%, а в четвертом квартале 2015 года промышленность и вовсе сокращалась, причем по производству средств производства падение составило 15,4%. До тех пор, пока эта слабость промышленности не будет преодолена, не может быть никакой уверенности в стабильно высоком среднесрочном росте экономики.

Для преодоления индустриальной слабости необходимо срочно найти ответы в политической плоскости. В настоящий момент Индия оказывается разорванной между неэффективностью административной системы и подавленностью рынка. Страна может попробовать стать либо «немного Китаем» – укрепив систему управления, отняв часть полномочий у штатов и местных органов власти и заставив их решать более долгосрочные задачи, либо «немного Америкой», существенно упростив ведение бизнеса, снизив административные барьеры (многие из которых построены как раз на уровне штатов) и постепенно монетизируя многочисленные программы социальных льгот и преференций.

В настоящий момент Индия оказывается разорванной между неэффективностью административной системы и подавленностью рынка

Оба пути, очевидно, сопряжены с очень серьезными рисками – либо политического напряжения, ставящего под удар единство Союза (выживание Индии в течение почти 70 лет как единого государства многие политические аналитики считают едва ли не чудом), либо социального взрыва.

Нынешний премьер-министр Нарендра Моди пришел к власти с обещанием резко ускорить экономическое развитие страны и, в частности, дать больше возможностей для развития бизнеса. В этом направлении был предпринят ряд серьезных шагов, от упразднения Плановой комиссии (замененной на консультативную интеллектуальную группу) и дерегулирования цен на дизельное топливо до либерализации правил прямых иностранных инвестиций в страну (в сентябре 2015 года Индия стала крупнейшим в мире реципиентом ПИИ, превзойдя Китай и США). Однако проведение более глубоких преобразований, требующих изменения социально-политической парадигмы страны, неизбежно окажется долгим и болезненным процессом. Собственно, именно по этой причине правительства Индии на протяжении десятилетий предпочитали путь скорее косметических реформ. Результатом стала саркастическая, но точная фраза: «Индия – страна вечного потенциала»