Леонид Слуцкий после заседания комиссии Государственной думы РФ по этике. Фото: Илья Питалев / РИА Новости

Леонид Слуцкий после заседания комиссии Государственной думы РФ по этике. Фото: Илья Питалев / РИА Новости

Мы продолжаем публиковать расшифровки избранных подкастов, которые выходят на Republic в рамке конкурса грантов. В очередном выпуске подкаста «Трансперенси Интернешнл – Россия» – «А это законно?» – ведущий Глеб Гавриш обсуждает с главой центра Насилию.нет Анной Ривиной и сотрудницей центра «Сестры» Натальей Тимофеевой проблему sextortion (сексторшн) или сексуального вымогательства.

Глеб: Привет, меня зовут Глеб Гавриш, я руководитель PR-отдела «Трансперенси Интернешнл»-Россия и это запись подкаста «А это законно?» в студии «Глаголев FM», большое спасибо. Мы записываем наш подкаст для издания Republic и сегодня решили поговорить о такой проблеме как сексторшн. Это злоупотребление властью для получения сексуальных услуг. Должен сказать, что интерес к этой теме в России возник масштабно около года-полутора назад. Три журналистки трех разных изданий сообщили о домогательствах со стороны депутата ЛДПР Леонида Слуцкого. Там был достаточно громкий скандал, к которому подключились многие российские активисты и СМИ, но закончилась история ничем, потому что комиссия Госдумы по этике ничего такого в том, что делал господин Слуцкий, не нашла (26 июня Слуцкий не был избран вице-спикером ПАСЕ во втором туре голосования – он не набрал простого большинства. Накануне российские общественные организации обратились в ПАСЕ с требованиями не допускать избрания Слуцкого на руководящий пост – Republic )

Мы решили обсудить эту тему с двумя экспертками, специалистками в области насилия, гендерного насилия, и не только. Это Анна Ривина, руководительница центра «Насилию нет» и Наталья Тимофеева, сотрудница центра «Сестры». Коллеги, привет.

Анна, Наталья: Привет-привет!

Глеб: Ну, я бы хотел, если можно, как-то познакомиться, чтобы вы рассказали, чем занимаются в вашей организации, чтобы вступить в тему. Кто первый?

Наталья: Возможно, я. Как уже было сказано, я сотрудница центра «Сестры», который оказывает психологическую поддержку людям, пережившим сексуальное насилие, и их близким. И важной частью нашей работы является, в том числе, и просветительская деятельность, и работа с широкой аудиторией. То есть, не только с теми, кто пережил насилие, но и с теми, кто интересуется, кому небезразлично то общество, в котором мы живем, и кто хочет, чтобы мир был более безопасным.

Анна: Меня зовут Аня Ривина, я создательница и директор центра «Насилию нет». Наш центр изначально ставил задачи информационные, потому что о проблеме насилия в мире действительно говорилось мало. Сейчас, к счастью, говорится больше, и получается так, что только люди в теме знали, о чем речь. Хотелось создать что-то, что было бы на слуху. Поэтому у нас две ключевые задачи: сделать так, чтобы пострадавшие получали помощь – юридическую, психологическую, и сделать так, чтобы люди меняли отношение к проблеме в целом, потому что хочется, чтобы создавались условия, при которых за насилие не просто наказывали, но и чтобы это насилие не случалось.

Глеб: Я бы хотел сказать – сразу проставить точки над i – мы организация антикоррупционная и нас интересует тема, которая в публичном пространстве появилась совсем недавно и она безусловно связана с темой насилия, но имеет другой, если так можно выразиться, разворот.

Понятие сексторшн или злоупотребление властью для получения сексуальных услуг появилось в 2008 году. Есть такая организация IAWJ – ассоциация женщин-судей, и она предложила в 2008 году понятие сексторшн: форма нематериальной взятки, когда предметом взятки являются сексуальные услуги в широком смысле. То есть, это могут быть как и собственно секс, или предоставление интимных фотографий или внимание со стороны другого человека… И почему эта ассоциация выделяет сексторшн в качестве отдельного нарушения или преступления – в зависимости от того, про какую страну мы говорим – потому что, в отличие от обычного харрасмента, речь идет не о силе, которая позволяет подчинить другого человека, а, скорее, о власти, когда человек находится в доминирующей позиции… Либо он является чиновником, а другой человек не является чиновником, либо находится в доминирующей позиции, например, профессор, который предлагает поставить экзамен студентке, например, за определенное внимание с ее стороны. Ассоциация женщин-судей предлагает отличать понятие сексторшна от других проявлений харрасмента и вот так формулировать это, если можно, я зачитаю: «Преступник должен находиться в позиции власти и злоупотреблять этой властью, требуя сексуальных услуг и применяя их в обмен на применение доверенной ему власти».И в связи с этим вопрос: для России тема сексторшна является вообще важной, её стоит обсуждать отдельно от других форм харрасмента, который у нас распространен?

Наталья: Конечно, стоит. У нас вообще, как мне кажется, большой спектр проблем, которые стоит обсуждать, и я не вижу, чем бы эта проблема была хуже и менее важной, раз уж зашла речь о том, что сексторшн такой вид преступления, в зависимости от того, с какой позиции мы смотрим: и с точки зрения права – не хорошо, и с точки зрения этических ценностей – это насилие. И здесь вопрос в том, как можно эту проблему решать, и, мне кажется, очень важно, чтобы из разных областей были привлечены экспертки, специалистки и так далее. И с правозащитной стороны, и психологини, и так далее.