![Зеленский и беспилотник](/images/uploads/780/11e19e13a5c5f9ba444f9763e1600047.png)
Зеленский и беспилотник
Фото: пресс-служба президента Украины
В течение последних недель российские и украинские официальные лица несколько раз публично озвучили свои представления о возможных параметрах будущего мирного урегулирования. Владимир Путин сказал, что хочет территории четырех областей, а также демилитаризацию и нейтральный статус Украины. Владимир Зеленский сократил число требований, необходимых для начала переговоров, а также сказал, что желательно найти мирное решение «в течение нескольких месяцев».
Этот набор заявлений сложно назвать диалогом, скорее двумя монологами в параллельных вселенных. Однако в сравнении с тем, о чем говорилось раньше, с требованиями денацификации и репарациях, можно отметить некоторый прогресс.
Так или иначе, сделанные заявления активно обсуждались в СМИ, но у меня сложилось впечатление, что тут, как и во многих других дискуссиях, в фокусе внимания публики были темы второстепенные — а о важных, на мой взгляд, вещах говорят значительно реже.
В этом тексте я хочу попробовать описать сценарии возможного развития событий в контексте войны, а также обозначить те развилки, которые представляются мне наиболее значимыми. Для начала предлагаю разделить размышления о будущем на два основных сценария.
Первый предполагает прекращение огня на горизонте ближайших 8–10 месяцев. На мой взгляд, окно возможностей для урегулирования возникнет вокруг ситуации президентских выборов в США и закроется в случае неудачи первых попыток послевыборной администрации принудить стороны к миру. В рамках этого сценария я предлагаю обсудить, какие условия потенциального мира, на мой взгляд, важны, а какие — вторичны.
Второй сценарий предполагает продолжение войны на неопределенную перспективу. Другими словами — невозможность достижения компромисса в текущей конфигурации элит, общественных настроений и ресурсов треугольника Россия-Украина-Запад. В рамках этого сценария хочу предложить обсудить, какие изменения этой конфигурации, способные вынудить стороны к миру, более или менее вероятны.