Задержание на митинге сторонников Мальцева в Москве. Фото: Tatyana Makeyeva / Reuters

По новостям это похоже на большой протестный день, каких в последние шесть лет в Москве было, в общем, немало – от первых митингов декабря 2011 года до акций сторонников Алексея Навального в этом году. Протест с последующими задержаниями – это уже совсем не сенсационная московская привычка, когда раз в несколько месяцев беспокойные горожане разъезжаются по разным концам столицы на автозаках, потом все долго это обсуждают, а где-то на обочине общественного внимания уже в другие, обычные дни догорает и тлеет протест то одиночными пикетами и тихими прогулками самых последовательных и упрямых активистов, то уголовными делами, которым или удается стать самостоятельным медийным и политическим фактором (болотное дело или история Ильдара Дадина), или не удается (дело 26 марта), и когда все затихает до минимума, приходит новый виток протестной активности, и все начинается заново.

Но сейчас – некоторый сбой. Все так и не так одновременно. Сотни задержанных, переполненные московские ОВД, жалобы адвокатов и, примета времени, муниципальных депутатов – это все привычно и обыкновенно. Необыкновенное можно уловить, просто читая новости и соцсети – вовлеченность медийного ядра совсем не такая, как во время митингов Навального или прежних оппозиционеров. Нет селфи из автозаков, нет всеобщих знакомых, которых задержали, нет и восторгов политических комментаторов, отмечающих очередной ренессанс уличной политики. Полиция задерживает непонятно кого, выступающих непонятно за что. Что с этим делать – тоже непонятно.

Стремительная лидерская карьера Вячеслава Мальцева в российской оппозиции оставила без ответа главный вопрос, касающийся этого героя YouTube – кто он, фрик или провокатор? Харизматик, которого проглядели все игроки по обе стороны кремлевской стены, или наемник-мурзилка, призванный то ли канализировать радикальный протест, то ли дискредитировать умеренных?