Это не 23 января 2021 года. Это оцепление на Манежной площади 9 марта 1953-го, в последний день похорон Сталина

Это не 23 января 2021 года. Это оцепление на Манежной площади 9 марта 1953-го, в последний день похорон Сталина

Фото: Мартин Манхоф, Wikipedia Commons

Термин «паранойя» часто употребляют по отношению к Сталину в широком смысле, но в последние пять лет жизни диктатора этот термин, кажется, вполне применим в конкретном медицинском значении, пишет знаменитый британский историк Шейла Фицпатрик, автор книги «О команде Сталина: годы опасной жизни в советской политике» (вышла в ИД Института Гайдара).

В главе «Стареющий вождь», отрывок из которой мы публикуем с любезного разрешения издательства, Фицпатрик показывает, как в последние годы жизни Сталин отчаянно цеплялся за уходящую власть, теряя работоспособность и совершая все больше ошибок.

Книга, посвященная ближайшему окружению Сталина, опровергает представление о его сподвижниках как «сброде тонкошеих вождей» – когорте безликих раболепных царедворцев, лишенных какой-либо самостоятельности и политической воли. Совсем наоборот – «команда Сталина» в последние годы его жизни представляла собой абсолютно эффективный инструмент власти, способный вырабатывать коллегиальные решения и даже (в ограниченной степени, конечно) влиять на волю диктатора.

Впрочем, и процитированная выше строка Мандельштама относится к другой эпохе и к другим вождям – от большинства из них Сталин к концу жизни давно избавился.

«Последняя команда Сталина» (возможно, к собственному удивлению) смогла после смерти тирана и краткого периода относительно бескровной борьбы за власть обеспечить достаточно гладкий переход от единоличной автократии к режиму более или менее коллективного руководства. Интересно, способна ли на такое команда Путина?