![](/images/uploads/780/8c1c8a71118e3a1d3e3128e0b8d7b546.jpeg)
В издательстве «Новое литературное обозрение» выходит книга «Круглый год. Детская жизнь по календарю». В российской и советской истории детский календарь — отрывной или перекидной, настенный или карманный — служил не только для исчисления дней и месяцев. Издание, имевшееся почти в каждом доме, рассказывало о природе и науке, искусстве и географии, а еще было маленьким плацдармом политической пропаганды: в зависимости от эпохи школьники должны были узнавать о добрых государях, героях революции или великом вожде.
Книга культуролога, историка, исследователя русского детства, доцента РГПУ им. А. И. Герцена Марины Костюхиной, собравшая уникальный по охвату материал, — это исследование о календарях, их авторах и читателях; об интересных фактах, полезных советах и пафосных лозунгах, дополнявших даты и дни недели. Рассказывая о календарях в контексте разных эпох, автор показывает, как в этом культурном объекте сочетаются реальная история российского и советского детства и нормативные представления о нем.
С любезного разрешения издательства публикуем главу «Культ личностей в "Календаре школьника"».
После XXI съезда КПСС (1959) календарь, как и все советские общественно-политические издания, стал призывать пионеров и школьников к активному участию в реализации коммунистического проекта.
Вы будете жить при коммунизме! Так сказала вам, всему советскому народу наша Коммунистическая партия. И так будет. <…> Но нельзя только рассуждать да мечтать о коммунизме. Посмотрите, что вы можете сделать сейчас, чтобы хоть немного приблизить будущее. Немало дел, которые вам доступны: построить школьную ГЭС, механизировать подачу воды на ферму, электрифицировать птичник, переоборудовать клуб, посадить цветы на улицах городов и сел, шефствовать над яслями и детскими садами, отыскивать полезные ископаемые…
«Календарь школьника» на 1963 год
Акцент в обращении был сделан на участии школьников в решении хозяйственно-бытовых и экономических задач (в изданиях «Звездочки» главным был концепт мечты, без производственной прагматики и бытовой конкретики). О реальных возможностях школьников «электрифицировать птичник» речь в этом призыве не шла, ведь календарь — это не пособие по механизации и электрификации, а идеальная и одновременно нормативная картина мира. Она подкрепляется не фактами (практика печатать в календарях итоги промышленных и сельскохозяйственных достижений не оправдала себя), а авторитетным высказыванием, в роли которого выступают лозунг, цитата, афоризм или даже одно значимое слово. Значение имело не само слово, а стоявшее за ним имя, само по себе являвшееся цитатой. Набор имен был строго ограничен кругом политических и государственных личностей, и попасть в число цитируемых авторов не мог никто, кроме них.