Александр Петриков специально для «Кашина»

Тут главная новость в том, что ему интересно. Оказывается, мы давно не видели его увлеченным – горящие глаза, взволнованная торопливая речь, и даже чтение вслух по бумажке («Здесь мелким шрифтом всё написано… поэтому я попросил коллег, чтобы они мне выдержки сделали, чтобы читабельно было») радостное, почти восторженное. Ученый, просидевший не одну ночь в лаборатории и, наконец, однажды под утро выбежавший к домашним – эврика, получилось! – тормошит их, бегает по комнате, хохочет.

Лучше всех его понимает, конечно, туркменский коллега, у которого тоже так бывает – записал трек, или разработал чертеж гоночной машины, или написал книгу о лекарственных растениях; конечно, сразу хочется со всеми поделиться. Самый удивленный – армянин; он пришел к власти через улицу, через революцию, он буквально жизнью рисковал, и зачем – оказывается, чтобы слушать исторические открытия северного соседа. Остальные невозмутимы, и казахский патриарх как самый старший и потому самый мудрый первым нарушает молчание: «Это надо передать в публичное поле»; идеальная фраза, не придерешься – вроде бы и обозначил важность, но ведь не похвалил и даже не согласился, просто «надо передать», да и все.

Внутрироссийское политологическое замечание: если есть какие-то коллеги, которые помогают приводить мелкий шрифт архивных документов в соответствие со зрением верховного историка («чтобы читабельно было») – значит, «духовников», «егерей» и «спарринг-партнеров» оттеснили какие-то архивариусы. Кто они, откуда взялись, как их зовут? Толпятся в новоогаревской приемной министры, помощники, генералы, да те же духовники, но дверь заперта, а за дверью – на большом столе расстелены штабные карты, разбросаны пожелтевшие бумаги, телеграммы от Черчилля, протоколы политбюро, письма. И вот кто их приносит, что это за новый фаворит? Архивный очкарик с рекомендациями от РВИО? Мрачноватый камрад из военно-исторической или реконструкторской среды? Балагур «Клим Саныч», которого, может быть, зритель номер один увидел однажды через чье-то плечо на чужом компьютере, заинтересовался, велел разыскать, и теперь они вдвоем склоняются над картами, выясняя, в какой конкретно точке южнее Варшавы заседало польское правительство на момент советского вторжения? Архивариус ставит карандашом еле заметную точку у румынской границы, и тихонечко на ухо – кстати, вот на Иркутскую область есть человечек, а вот еще нефтепродуктов бы отгрузить, я скажу куда. Особенной иронии тут нет, в наших условиях такая близость (а речь, вероятно, идет именно о такой близости) – действительно большое политическое событие. Наступит 2024 год, и мы увидим нового премьера с перспективой преемничества – очень грамотный военный историк, большой профессионал, удивительный человек.