![Эжен Делакруа. Свобода на баррикадах.](/images/uploads/780/4fef503a3b2bbfecc03949c75e32558f.jpeg)
Эжен Делакруа. Свобода на баррикадах.
«У нас, видимо, осталась с 90-х годов свобода нравов и свобода личного мнения. Наверное, нужно что-то менять в отношении безопасности». Это говорит в интервью Владимиру Познеру Михаил Мурашко, министр здравоохранения Российской Федерации, объясняя проблемы с вакцинацией населения.
Виноваты проклятые девяностые и ненавистная свобода. Министр, впрочем, недостаточно все-таки искусен: не смог приплести к объяснению Вторую Мировую. Ну, будем надеяться, с этой задачей справится президент в ходе прямой линии. Прямая линия – в среду. Пишут, что россияне уже задали вождю свыше 660 тысяч вопросов. Почему-то думаю, что 666 тысяч. Не знаю даже, почему.
Зато практически уверен, что вопросы от так называемых антипрививочников до президента не дойдут. А они есть – сам видел, борцы против прививок активны в социальных сетях, распространяют обращения, подписывают какие-то петиции, в общем, бьются за свое сомнительное счастье.
Антипрививочник теперь – главный враг народа. И при этом – живое воплощение все того же народа. Плохого, неправильного народа. Народа, с которым так не повезло ни власти, ни прогрессивной интеллигенции, ненавидящей власть. Удивительным образом ненависть к «антипрививочнику» объединила авторитарную власть и значительную часть либеральной интеллигенции. Интеллигенция, пожалуй, выступает даже радикальнее и требует настоящих репрессий.
Тут – чтобы спокойно перейти к дальнейшим рассуждениям – придется обозначить собственную позицию. Я собираюсь привиться «Спутником». Я давно собирался, и пока собирался, успел переболеть (все в порядке, все прошло сравнительно легко, мне жаловаться грех, но так везет не всем). Теперь вот жду, когда можно будет сдаться медицинским властям. Говорю это совсем не для того, чтобы затеять очередной спор о пользе и вреде вакцин для жизни. Предложил бы оставить такие споры специалистам, но понимаю, что это крик в пустоте – нынче ведь все кругом вирусологи. Мне важно подчеркнуть, что я взглядов тех, в чью защиту собираюсь выступить, не разделяю. И еще – что речь совсем не о том, нужно ли прививаться и спасают ли прививки. У нас другая тема, сейчас увидите.
На самом деле слово «антипрививочник» вообще ничего не значит. За ним – целый спектр стратегий, определяющих отношение к жизни, к власти, к пандемии и к прочим неприятностям. Тут так и хочется начать с борхесовской классификации: «Антипрививочники делятся на: а) принадлежащих императору; б) набальзамированных; в) прирученных; г) молочных поросят». Ну и так далее, вплоть до «похожих издали на мух». Но нет, в нашем случае все менее эффектно, зато, пожалуй, даже более любопытно.
Делятся на
Есть люди, которые не доверяют государству. Ни в чем. Которые убеждены – и ведь не скажешь, будто вовсе без оснований, – что государство врет примерно всегда. С такими презумпциями непонятно, почему в вопросах, связанных с разработкой отечественных вакцин, к информации, распространяемой государством, нужно относиться как-то по-другому. Есть люди, которые убеждены во вреде любых прививок. Тут тоже десятки подвидов, конечно. Есть разнообразные конспирологи.