Алексей Кудрин.

Алексей Кудрин.

Сергей Гунеев / РИА Новости

Ожидание определенных экономических перемен становится сейчас весьма распространенным. Возвращение Алексея Кудрина; эпохальное экономическое совещание в Кремле; тонкие намеки властей на то, что конфронтация с Западом может оказаться не столь долгой, как предполагалось; стремление главы Европейской комиссии почтить своим визитом 20-й Санкт-Петербургский экономический форум – эти и подобные им события трактуются как начало поворота от внешней политики к экономике как основному предмету внимания «национального лидера».

Я бы, однако, не спешил с ожиданиями перемен – по крайней мере, по трем причинам.

Прежде всего бросается в глаза то, что экономическая дискуссия ведется сегодня двумя группами людей, имеющих свои хорошо понятные интересы. С одной стороны, Кудрин представляет либеральный лагерь, причем скорее ту его часть, которая в последние годы была удалена от принятия самых значимых решений. На его стороне неизбежно окажутся руководители крупных государственных банков и Банка России; лидеры бизнеса, измученные последними ужесточениями; многие бывшие чиновники, в последние годы выдавленные из структур власти; большинство представителей либеральной экспертной среды. С другой стороны, Сергей Глазьев и Борис Титов могут рассчитывать на поддержку крупных неэнергетических компаний, стремящихся к государственным субсидиям и дешевым кредитам; военно-промышленного комплекса, зависящего от государственного заказа; постсоветских интеллектуалов, еще сохранившихся в академической среде. Оппоненты изощрены в аппаратной борьбе – и, судя по тому, что на встрече в Кремле 25 мая было решено подготовить предложения по борьбе с кризисом к второй половине следующего года, речь идет скорее о программе очередного президентского срока и – что особенно интригует – о кандидатуре будущего премьер-министра. А если так, то логика бюрократической состязательности окажется здесь доминирующей, и даже те, кто будет рассказывать о необходимости «экономической оттепели», станут думать лишь о должностях, которые они смогут занять в будущем. Следовательно, по крайней мере ближайшие полтора года станут временем не реформ, а их ожидания.

Следующие моменты, о которых в последнее время начали забывать, – это реальное положение вещей в экономике, не становящееся лучше, и реальные действия государства, не внушающие особых надежд.

Спад ВВП в первом квартале составил 1,2% лишь по предварительным данным: окончательные так и не объявлены, и это удивляет. Снижение экспорта составило 31,9% по сравнению с соответствующим периодом прошлого года – показатель снижается теми же темпами, что и год назад. Инвестиции продолжают сокращаться: прямые иностранные инвестиции в 2015 году упали на 92%, притом что годом ранее этот показатель уже сократился на 70% (к 2013 году). С начала года Резервный фонд снизился на 29,8% в рублях и на 22,7% в долларах. Во многом консенсусными являются ожидания снижения курса рубля уже этим летом или осенью.