Рабство в наше время кажется чем-то немыслимым, давно ушедшим в прошлое. Но оно осталось. В рамках прошедшего в РИА «Новости» видеомоста «Торговля людьми – проблема XXI века» эксперты из Москвы, Астаны, Киева и Кишинева рассказали о работорговле в наше время, о том, кто и как попадает в рабство и почему Россия – самая рабская страна СНГ. Slon приводит самые значимые фрагменты беседы.

Дмитрий Бабин, координатор проекта бюро международной организации по миграции в Москве по противодействию торговле людьми в Российской Федерации 

Один из самых важных вопросов в борьбе с работорговлей – оказание помощи пострадавшим. Когда имеешь дело с оружием или наркотиками, после окончания операции их можно положить куда-то или уничтожить и забыть. С жертвами торговли людьми иначе: о них придется заботиться, им нужна реабилитация.

Мария Мохова, директор центра «Сестры»

При этом Россия серьезно отстает от всего мира в вопросе помощи пострадавшим от работорговли. Часто бывает, что находящиеся внутри ситуации не знают, куда можно обратиться, и из-за этого огромное количество дел, связанных с торговлей людьми, просто не возбуждается. Дела не возбуждаются еще и потому, что проще депортировать людей обратно на родину и не проводить расследования. Помните, наверное, зимой горел рынок, были пострадавшие. Но они оказались не гражданами России, и дело завели только по поджогу и нарушениям, про этих же людей никто не заикался, хотя речь должна была идти о работорговле и рабском труде.

Нам важна политическая воля помогать жертвам преступлений. Сейчас в России нет шелтеров для пострадавших, вся помощь – это консультация, сопровождение, но если у человека нет возможности остаться в Москве или стране вообще, то общественные организации и помочь ничем не могут. Для оказания помощи пострадавшим нужно время, а именно времени-то у нас и нет. И в результате статистика-то у нас получается хорошая, официально возбуждено довольно мало таких дел. А жертв очень много, вот только они не признаны таковыми, и, соответственно, помощи не получают.

Варвара Жлуктенко, пресс-секретарь представительства Международной организации по миграции в Украине

По состоянию на конец мая на Украине официальный статус пострадавших от торговли людьми получили 34 человека. Это немного, если смотреть даже на официальную статистику (945 жертв в 2012 году, 1100 в 2010-м), при этом наша статистика, конечно, неполна, потому что многие не обращаются за помощью.

Марианна Евсюкова, начальник юридического департамента международного женского правозащитного центра «Ла Страда – Украина»

К сожалению, часто законы остаются декларативными. И если не будет политической воли, о которой говорила Мария Мохова, то все останется на бумаге, а жертвы торговли людьми будут и дальше находиться в беспомощном состоянии и снова попадать в подобные ситуации.

Хочу привести несколько примеров. Закон Украины о противодействии торговле людьми предполагает как один из видов обязательной помощи правовую поддержку. Однако чаще всего жертва торговли людьми оказывается на процессе одна, так как закон Украины о бесплатной правовой помощи не предполагает предоставления адвоката потерпевшей стороне.

Как мы понимаем, работорговля – очень доходный теневой бизнес, и задействованные в нем люди могут нанимать грамотных дорогих адвокатов, которые, скорее всего, отстоят их интересы, и преступники получат минимальное наказание.


Очень неприятно, что сегодня часто происходит переквалификация торговли людьми по другим статьям Уголовного кодекса. У нас есть несколько показательных случаев, когда ее переквалифицировали в мошенничество, невыполнения условий трудового соглашения – это нетяжкие преступления! Рассматриваются они в другом порядке, и сроки гораздо меньше: если за торговлю людьми лишение свободы на 10–12 лет, то за мошенничество можно отделаться штрафной санкцией – это ничто для работорговца, который зарабатывает на своем деле огромные деньги.

Как говорила выше Варвара Жлуктенко, с сентября 2012 года по май 2013-го было выдано 34 статуса пострадавшим от торговли людьми, однако когда мы смотрим на причины отказов по таким вопросам, то видим, что сотрудники госструктур просто не понимают, что это такое.

Пункт назначения – Россия

Варвара Жлуктенко

Две трети пострадавших от работорговли возвращаются на Украину с территории России, и за все те годы, что мы работаем, Россия всегда была на первом месте как страна назначения торговли людьми.

Юрий Подарилов, заместитель руководителя Центра по борьбе с трафиком людей Министерства внутренних дел Молдавии

В топе стран назначения торговли людьми в республике Молдова на первом месте тоже остается Россия как страна назначения и трудовой эксплуатации, и сексуальной.

Дмитрий Бабин

Почему именно Россия? Причина в том, что это привлекательная для инвестиций страна с огромными территориями, где легко затеряться. К тому же мы когда-то были одним государством – Советский Союз, у нас нет языкового барьера, при этом открытость границ, безвизовый режим. Люди чувствуют себя более или менее безопасно, так как у нас общая культура.

Как становятся рабами

Мария Мохова

Чтобы замотивировать человека уехать с насиженного места туда, где другое государство и законы, нужно пообещать либо обучение, либо хорошую заработную плату, чтобы человек смог содержать семью на родине. Но обещать-то можно все что угодно, если не собираешься выполнять.

Человек уезжает и попадает в ситуацию, в которой не ориентируется. Там, куда он приехал, у него нет жилья, друзей, родственников. Он остается один и начинает верить тем, кто принимает в нем участие, то есть вербовщикам.


А дальше – изъятие документов, угрозы и шантаж в отношении близких, все, чтобы заставить человека делать то, что нужно работорговцам. Но главное – вырывание человека из привычной среды.
Дмитрий Бабин

При этом трафикерами, как правило, выступают сами же граждане стран происхождения.

Мы поражались: вербовщиками оказывались одноклассники, соседи, даже мужья!


Да и бригадиры, или смотрящие, тоже, как правило, граждане этих же стран.

Несовершеннолетние – самая уязвимая категория граждан, и они очень часто становятся жертвами работорговцев, вовлекаются в оказание сексуальных услуг, съемки детской порнографии (554 преступления в 2012 году), занятие проституцией. К сожалению, такого рода преступления имеют тенденцию к росту.

Мария Мохова

Ежегодно 6000 детей убегают из дома, у них не так много способов выживать на улице, и достаточно большой процент этих детей попадает к трафикерам.

Марианна Евсюкова

Также, по данным исследования «Ла Страда», от 30% до 60% пострадавших ранее являлись жертвами домашнего насилия. Почему именно они? Люди ищут выходы из ситуации, чаще всего, потому что государство не может их защитить.

Анна Рыль, представитель миссии Международной организации по миграции в Казахстане

Нужно понимать, что в первую очередь работорговля – бизнес. Единственная возможность работы с этим бизнесом – не только совершенствование законодательства и открытие мест для реабилитации, но еще и профилактика. Хорошей сильной профилактикой никто не занимается.

Эта профилактика должна проводиться в школах, на уроке ОБЖ. Большинство случаев освещения торговли людьми – в криминальных новостях, никто не показывает весь драматизм, весь ужас ситуации.


И, конечно, необходима поддержка государства.

Мария Мохова

Когда мы говорим о торговле людьми, мы говорим о транснациональной преступности, и доход этого бизнеса направлен на развитие терроризма и подобные сферы. Противодействовать торговле людьми должны госструктуры, одно гражданское общество не сможет справиться с преступными группировками.