Владимир Путин в больнице в московском посёлке Коммунарка. Фото: kremlin.ru

Владимир Путин в больнице в московском посёлке Коммунарка. Фото: kremlin.ru

В начале славных дел, когда наша с вами эпидемиологическая эпопея только разворачивалась, набирала мощь и наливалась соками, мы говорили о том, что на первом своем этапе эпидемия сыграет на руку отечественным властям. Что у них появится возможность, воспользовавшись случаем, еще надежнее подкрутить законодательство, протестировать разные сервисы, позволяющие осуществлять над нами неусыпный электронный контроль, пополнить казну с помощью разнообразных поборов. Однако мы также отмечали, что ситуация может перевернуться, и в какой-то момент эпидемия обернется тяжелой проблемой для Кремля. Ну, похоже, он, этот момент, наступил.

Испорченное настроение

На уходящей неделе две исследовательские группы опубликовали результаты своих тестов. ВШЭ и команда ученых под руководством экономиста Михаила Дмитриева в течение последних месяцев изучали общественные настроения, сформировавшиеся в карантинный период. Выводы обоих коллективов, прямо скажем, сенсационные. Так, например, согласно данным, полученным социологами из ВШЭ, треть респондентов считает, что опасность нынешней эпидемии искусственно преувеличена, а почти четверть опрошенных полагают, что никакой эпидемии нет вовсе, что это все выдумки заинтересованных лиц. Только вдумайтесь – взрослые люди, живущие среди нас, имеющие доступ к разнообразной информации (пусть даже они черпают ее исключительно из официальных источников) всерьез говорят о том, что коронавирусная эпидемия, захватившая весь мир, – грандиозная мистификация. Что ни переполненных больниц, ни очередей из карет скорой помощи, ни врачей, сутками не покидающих своих рабочих мест, – ничего этого на самом деле нет. Посмею предположить, что подобного рода достаточно абсурдные, на мой взгляд, высказывания обусловлены не трезвым и продуманным взглядом на происходящее, а исключительно крайней степенью раздражения и агрессии, которая скопилась в людях за прошедшие недели и месяцы. Моя гипотеза полностью подтверждается выводами группы Михаила Дмитриева. Вот, что говорит психолог Анастасия Никольская: «Мы провели достаточно массовый опрос для понимания того состояния, в котором люди пребывали в начале периода самоизоляции – кажется, с 1 по 5 апреля. А потом, между майскими праздниками, провели такой опрос во второй раз, задав практически те же самые вопросы и дополнив их некоторыми новыми. Если в начале периода самоизоляции преобладали тревоги (кстати, они были в основном не по поводу рисков инфицирования, а больше экономического характера, потому что уже тогда экономика и рынок труда начали реагировать на ситуацию), то подавляющей эмоцией сейчас у людей является не тревога и не страх, а раздражение, даже гнев».